СИОНИСТЫ И МАСОНЫ В ЯПОНИИ

А. КЛИМОВ
ЯДОВИТЫЕ РЫБЫ
(СИОНИСТЫ И МАСОНЫ В ЯПОНИИ)






Москва
1992



ББК 84 Р7
К52
А. Климов. Ядовитые рыбы.
В брошюру вошли малоизвестные факты о связях японских политических кругов с сионистами и масонами, о попытках создания “Израиля” в Восточной Азии. Это исследование привлечет всех читателей, которые интересуются прошлой и современной жизнью Востока, а также проблемами идеологических влияний в международных сферах.

ISBN-5-87142-028-1 © А Климов 1992






ОГЛАВЛЕНИЕ
Из времен русско-японской войны 2
В эпоху мировых войн 4
Проникновение в Японию 5
Первая реакция 6
“План фугу” 7
Роль троцкистов 9
Оружие, деньги и молитвы 11
Культурное “взаимодействие” 12
Откровенные публикации 14
Купленный глава государства 16
Треугольники и многоугольники 17


ИЗ ВРЕМЕН РУССКО-ЯПОНСКОЙ ВОЙНЫ
Сейчас, когда мировая общественность довольно дружно выступает против милитаризма, в том числе японского, стоит вспомнить, как складывался этот милитаризм, какие силы участвовали в его формировании. Основное здесь уже известно по трудам многих исследователей, но некоторые важные черты либо забыты, либо до сих пор остаются под покровом тайны — например, связи японского милитаризма с международным сионизмом и масонством. Старая литература на эту тему, разумеется, далеко не бесспорна. Так, из книги А. И. Селянинова “Тайная сила масонства”, выпущенной в Петербурге еще в 1911 г., современный читатель может не без удивления узнать, что сионистско-масонские круги сыграли немалую роль в трагическом исходе русско-японской войны 1904-05 годов. Этим, в числе иных причин, тогдашняя русская печать объясняла “то, почему наши солдаты получали одновременно в Москве, Иркутске, осажденном Артуре и японском плену прокламации, напечатанные одним и тем же шрифтом на одной и той же бумаге, почему эскадра адмирала Рождественского весь свой гигантский поход совершила точно в фонаре, светившем на весь мир, тогда как о японской не знали ровно ничего даже в портах Китая” .
“Чтобы столкнуть Японию с Россией, — писал другой автор того времени, — необходимо было устроить для Японии не только военные займы, но и горячее сочувствие в Америке и Англии. Сочувствие это, как теперь бесспорно установлено, было раздуто американскою печатью, которая почти вся в еврейских руках. В течение целого ряда лет целая армия этих писак клеветала на Россию, лила на нее помои, возбуждала ненависть и презрение ко всему русскому. В результате общественное мнение не одной Америки было сбито с толку. Громадный читающий мир был жалко обманут; сложилось враждебное как бы атмосферное давление против нас. Именно оно дало воздух под крылья японскому народу, именно оно отняло воздух у наших крыльев. Незрелое и шаткое русское общество, уже издавна отравленное вредными влияниями, не выдержало общего натиска” .
Эта тема проникла и в русскую художественную литературу. Например, в романе Г. М. Пилипенко “Мукден в наши дни” (СПб, 1909) изображен член “великого Бунда” Израиль Шпильберг, который незадолго до русско-японской войны приезжает в Маньчжурию из Порт-Артура от торговой компании “Гинзбург”. Он является поставщиком фуража для русской армии, но в то же время поддерживает идею союза Китая с Японией и мечтает сокрушить Россию. Бунд требует от него создать в Мукдене прояпонский комитет, Шпильберг делает это, начинает шпионить в пользу Японии, однако в ходе войны погибает от тех самых японцев, которым продался.
Могут сказать, что все это — выдумки антисемитов и черносотенцев, однако дело здесь обстоит не так просто. На подобную мысль наводит и рассказ замечательного русского писателя Василия Шукшина “Чужие”, в самом названии которого подчеркивается чуждость народу разложившихся правителей: “Когда вспыхнула японская война, русское правительство думало прикупить несколько броненосцев у республики Чили... Такие броненосцы нашему флоту и не снились. Запросили за них чилийцы дешево: почти свою цену. И что же? Из-за дешевизны и разошлось дело. Русский уполномоченный, Солдатенков, откровенно объяснил:
— Вы должны просить, по крайней мере, втрое дороже. Потому что иначе нам не из-за чего хлопотать. Шестьсот тысяч с продажной цены каждого броненосца получит великий князь (Алексей — дядя Николая II). Четыреста тысяч надо дать госпоже Балетта (любовнице Алексея). А что же останется на нашу-то долю — чинам морского министерства?
Чилийцы, возмущенные наглостью русских взяточников, заявили, что их правительство отказывается вести переговоры с посредниками, заведомо недобросовестными. Японцы же, как только русская сделка расстроилась, немедленно купили чилийские броненосцы. Потом эти самые броненосцы топили наши корабли при Цусиме” .
Интересно отметить, что эта история не выдумана писателем, она произошла в действительности. Правда, торги происходили не с Чили, а с Аргентиной, и героями их были не столько русские казнокрады, сколько американские сионисты. Предоставим слово политическому обозревателю известного японского журнала “Тюо корон” (“Центральное обозрение”) Касэ Хидзаки:
“Накануне русско-японской войны Япония закупила у Аргентины два броненосца за полтора миллиона фунтов стерлингов, но в это время в лондонском отделении Токийского валютного банка было всего лишь 150 тыс. фунтов, так что посланник даже выдал долговое обязательство... Вице-президент Японского банка Такахаси Корэкие направился в Нью-Йорк и Лондон просить кредиты, однако в США успеха не добился. По прибытии в Лондон ему понадобилось целых полтора месяца, чтобы уговорить английских банкиров взять на себя хотя бы 5 млн. ф. ст. облигаций японского займа. И вот, находясь в таком затруднительном положении, он был приглашен на ужин к одному английскому другу и там за столом неожиданно познакомился с американским евреем-банкиром Джейкобом Шиффом, главным представителем торгового общества “Кун-Леб”.
Шифф сидел рядом с Такахаси. Позднее Такахаси в своей “Автобиографии” рассказал об этом так: “За ужином Шифф подробно расспрашивал об экономическом положении Японии, о настроениях людей после начала войны. Я как можно учтивее отвечал... И вдруг Шифф взял на себя 5 млн.ф.ст. Я был несказанно рад этой манне небесной”. Позже, вплоть до окончания войны, Япония еще трижды объявляла подписку на займы, доходившие до 72 млн.ф.ст., и Шифф вложил 10 млн., добившись согласия германских еврейских банков, а 4,1 млн. снова взял на себя. Таким образом получается, что свыше половины оружия эскадры адмирала Того в Цусимском сражении и японской армии на материке было “еврейского производства”. Поэтому император, когда Шифф после войны приехал в Японию, тепло поблагодарил его и вручил ему орден Священного Сокровища 2 степени.
Такахаси долго не мог понять, почему Шифф, с которым он впервые познакомился, за один вечер взял на себя 5 млн. ф. ст., а затем стал крупнейшим помощником Японии. В своей автобиографии Такахаси пишет: “Особенно неожиданно это было потому, что за два месяца до того я ездил в США, встречался там с нью-йоркскими банкирами и капиталистами и решил, что в США не имеют никакого желания поддержать наш заем... Впрочем, позже мы очень подружились с Шиффом, тогда-то постепенно и стала ясной причина его доброты.
В царской России, в частности, перед русско-японской войной, преследование евреев достигло высшей точки. Они... не только не допускались на государственную службу, но не могли даже свободно ездить по стране. Поэтому их соплеменники в других странах считали, что надо спасти евреев России, и попытались наряду с оказанием им различной материальной помощи провести ряд акций против русского правительства” .
Не правда ли, это несколько напоминает современное стремление сионистского капитала финансировать всевозможные антирусские акции, в том числе гонку вооружений, пресловутую “защиту” наших евреев, попытки натравить на нас Японию, Китай и другие страны? Советский Союз, в отличие от царской России, вообще никому не угрожал, по это не остановило верных слуг мирового империализма. Вернемся к статье Касэ Хидзаки:
“К концу 20-х годов некоторые японские пацифисты даже стали заявлять, что их страну заставили воевать с Россией в результате происков евреев. Один японский журнал объясняет это так: “Япония невольно зашла слишком далеко из-за предоставления неожиданного займа и, став жертвой неуместного покровительства, продолжала войну почти два года. Если бы этот насильно навязанный внешний заем был отвергнут, Япония не лишилась бы многих своих солдат” (“Нихон оеби нихондзин”, сент. 1938 г.).
Шифф появился и в Портсмуте, где проходили мирные переговоры между Японией и Россией; вместе с президентом Теодором Рузвельтом он встретился с главой русской делегации Витте и обратился к нему с призывом прекратить преследования евреев в России” .
Может быть, на сей раз уже не русский, а японский автор оклеветал “несчастных” сионистов? Обратимся к собственно еврейским публикациям, например, к газете “Джерузалем пост” или к книге Дэвида Кранцлера “Япония, нацисты и евреи”. Они тоже признают, что на займы Джейкоба Шиффа “было построено более половины японских военно-морских кораблей, которые сыграли решающую роль в поражении русского флота”, добавляя, что “Шифф до сих пор считается верным другом Японии и о нем говорят с почтением” .
В ЭПОХУ МИРОВЫХ ВОЙН
По некоторым данным, в начале 20-х годов японское правительство послало на Запад специальную группу, которая должна была “изучить, что представляют собой евреи и как удалось этому малочисленному племени возглавить все сферы жизни многих стран”. Симптоматично, что речь идет о правительственной группе. Вплоть до конца 30-х годов непосредственные контакты японской буржуазии с международным сионизмом были затруднены, что связано со спецификой довоенного развития Японии. С самого своего зарождения японский капитализм очень зависел от императорского правительства, которое осуществляло над ним жесткий контроль. Поэтому-то первые контакты и носили преимущественно государственный характер.
Весьма терпимое отношение японцев к евреям выразилось в массовом транзите еврейских беженцев через Японию во время 1-й и 2-й мировой войн. Германские фашисты отчасти даже пользовались этим, стараясь очистить от евреев Европу. Например, в 1938 г. стало известно, что евреи, бежавшие от нацистов, направляются в Китай, частично контролируемый японцами, и в саму Японию. Японский генконсул в Вене считал необходимым препятствовать таким поездкам “ввиду возможного нежелательного влияния на японо-германские отношения”, поскольку не знал всех планов гитлеровцев. Токийский посол в Лондоне тоже не был в восторге от наплыва еврейских беженцев, но по другой причине: боялся, что Япония получит только “простых евреев”, а технические специалисты будут задержаны при проезде через СССР (на самом же деле советское правительство не препятствовало подобному транзиту).
Еще резче выразил эту точку зрения японский генконсул в Циндао: “Я считаю уместным запретить поселение здесь евреев-иммигрантов. Учитывая, что почти все они лишены средств, это будет, по меньшей мере, невыгодным; кроме того, возникает угроза усиления коммунистических связей”.
Но были и другие мнения о еврейских беженцах. Например, генконсул в литовском городе Ковно выдавал приходящим евреям визы без запроса в МИДе. За это генконсул получил выговор .
В Харбине тогда имелось “бюро особого назначения”, насчитывавшее почти тысячу сотрудников и возглавлявшееся генерал-майором Хигути Кинтиро. Он участвовал в антисоветской интервенции в Сибири, затем служил военным атташе в Германии, но нацистов недолюбливал. Став в августе 1937 г. начальником бюро, он уже в январе следующего года помог маньчжурским евреям провести в харбинском торгово-промышленном клубе 1-й съезд евреев Дальнего Востока. На этот съезд собрались представители еврейских общий Гонконга, Шанхая и других мест; на сохранившейся фотографии трибуна украшена флагами Японии и марионеточного государства Маньчжоу-го, а рядом с руководителями-евреями стоит Хигути в штатском.
Хигути весьма свободно объяснялся по-русски и по-немецки и обладал западным воспитанием. Некоторые считают, что он был куплен еврейской общиной. Касэ Хидзаки отрицает это, но признает, что генерал часто получал от евреев подарки .
В то время в Маньчжурии находилось и немало белогвардейцев. Надеясь, что Япония и Германия победят СССР, они создали свои профашистские организации и проводили антисоветскую деятельность. Хигути, с одной стороны, использовал белогвардейцев, а с другой — защищал евреев от их налетов. Впоследствии белогвардейские организации в Маньчжурии и Шанхае еще более активизировались, но японские армия и полиция по-прежнему не позволяли им трогать евреев.
Хигути оказал сильное влияние на японские власти, чтобы допустить в Маньчжурию еврейских беженцев. В конце концов, их собралось около 30 тысяч . Одни из них поселились в самой Маньчжурии, другие — в Шанхае, третьи через Японию рассеялись по разным странам мира.
ПРОНИКНОВЕНИЕ В ЯПОНИЮ
Впервые о прибытии евреев в эту страну упоминается в XVII веке, когда служащие голландской и английской Ост-Индской компании находились в единственном тогда открытом японском порту — Нагасаки. Следующих случаев пришлось ждать до открытия порта Иокогама. В этом городе есть специальное кладбище для иностранцев, где наиболее ранняя дата, высеченная на еврейском надгробном памятнике, — 1865 год . Таким образом, японцы познакомились с евреями сравнительно недавно. Но когда вспоминаешь о многочисленных еврейских общинах в средневековом Китае, становится трудно с уверенностью утверждать, что евреи не приезжали в Японию и раньше.
Значительная по масштабам иммиграция началась лишь во время 2-й мировой войны. В числе беженцев была, например, большая (свыше 500 человек) группа преподавателей и учащихся старейшей талмудистской семинарии в Литве. Она выехала из Польши через Россию по Транссибирской железной дороге в Маньчжурию, затем прибыла в Японию, и весь путь — на поезде и на пароходе — семинария не прерывала занятий. Среди этих эмигрантов оказались будущие министр Израиля по делам религии Зерах Варгафтиг, главный раввин Мексики Абрахам Гершберг и др.
По прибытии в Японию группа получила от префектурного управления Хего особый паек муки. Такая доброжелательность исходила не только от властей. Когда Варгафтиг позднее сел в Кобэ на пароход до Палестины, на пирсе появились обращенные в иудаизм японцы, которые размахивали маленькими самодельными флажками со звездой Давида и пели еврейские песни на иврите, в том числе “Огонек светлячка”. В Японии и сейчас существует аналогичная секта, верящая во второе пришествие Моисея, так называемая секта Очищения.
Известно, что имена генерала Хигути и его приближенного полковника Ясуэ Нарихира высечены на башне “Золотой книги” (“Сесер Хазахав”), построенной на Иерусалимском холме, а в Израиле имеется движение за то, чтобы назвать именем Хигути населенный пункт. Среди еврейских беженцев, осевших в Японии, есть и другое движение — за то, чтобы преподнести японскому парламенту благодарственный обелиск .
Забавный эпизод произошел в 1940 г. на японской станции Тонга. Здесь толпилось около ста европейцев необычной внешности — еврейские беженцы из Европы, только что прибывшие в Японию. Выехав из небольшого польского городка, они добрались до Маньчжурии по Транссибирской железной дороге, а затем пересели на пароход. На всех были длиннополые — ниже колен — лапсердаки; строго соблюдая заповеди иудаизма, они не брились и носили длинные черные бороды. Со станции Тонга они направлялись в Кобз.
В то время уже натурализовавшиеся в Японии евреи, узнав, что несколько тысяч их соплеменников направляются из Маньчжурии в Японию, создали в Иокогаме и Кобэ местные комитеты по приему беженцев. Подобные комитеты были организованы также в городах Маньчжурии — Харбине, Фэн-тяне (Мукдепе), Тяньцзине, так что беженцы передавались в Японию этапами. А в порту Тонга их встречало несколько представителей Еврейского комитета по делам беженцев г. Кобэ, который сокращенно именовался “Джуком-Кобэ”.
Но на станции возникла проблема. Раввин, возглавлявший группу, заявил, что состав не прибудет в Кобэ до заката, а по канонам иудаизма абсолютно нельзя путешествовать в субботу после того, как зайдет солнце.
Представитель “Джукома” настаивал на том, что они обязательно приедут вовремя, но раввин упорно не признавал, что японские поезда ходят по расписанию. Он сказал, что, в крайнем случае, можно переночевать здесь и под открытым небом. В это время Тонга был еще маленьким городком, не имевшим ни отеля, ни даже туалета западного типа.
Между раввином и местным еврейским представителем продолжались препирательства. Наконец, представитель предложил где-нибудь пересидеть ночь, если поезд не прибудет вовремя, хотя в Японии на железных дорогах не бывает даже минутных опозданий. Пока все без конца поглядывали на часы, подошел состав. Он не опоздал ни на минуту.
Начиная с этого первого эшелона, до сентября 1941 г. с материка в Японию прибыло 4608 еврейских беженцев. Из них 4293 эмигрировали из Германии и Польши, а 315 — из других соседних с Германией стран. Постепенно 4487 человек направились в страны Америки, Австралию, Новую Зеландию, Голландскую Индию. Однако для небольшой еврейской общины, имевшейся в Японии, было весьма нелегким делом устройство значительного количества беженцев. Средства на расходы собирались как в самой общине, так и направлялись из Общества помощи евреям, штаб-квартира которого располагалась в Нью-Йорке. Его создал уже известный нам банкир Джейкоб Шифф .
В Кобе тогда проживало 45 семей ашкенази и 65 семей сефардов. Ашкенази — это евреи, в свои время поселившиеся в Германии, Польше, России, Румынии и говорящие на языке идиш, похожем на немецкий. А сефардами называют евреев испанского происхождения, рассеявшихся в Англию, Голландию, Болгарию, Кипр, Турцию после изгнания их из Испании в XV в.; те из них, кто уехал в страны Средиземноморья, говорят на языке ладино — диалекте испанского языка. Итак, община в Кобе делилась на ашкенази и сефардов, но поскольку беженцы были из Польши и Германии, занимались их приемом в основном ашкенази.
Вскоре после прибытия первого эшелона почетный представитель “Джукома” С. Эванс был вызван в полицейское управление, где чиновник заявил ему: “Вы солгали! Вы говорили, что приедут еврейские беженцы, а это не евреи. Вы что, смеетесь надо мной?” — и стукнул кулаком по столу. Дело в том, что среди евреев, находившихся в Кобэ до тех пор, было много коммерсантов-сефардов, имевших английское или голландское гражданство; внешне они почти не отличались от английских или американских “джентльменов”. Поэтому-то чиновник полицейского управления и не мог поверить, что беженцы необычного вида, приехавшие из Польши, — настоящие евреи.
Кое-как чиновника убедили, а когда Эванс заявил, что немецкие ашкенази по религии не едят такого, что в желудке разбухает (например, рис), то им сразу же предоставили два грузовика картошки. После этого случая “Джуком” поместил на первой полосе газеты “Джапан таймс” рекламу с фотографией беженцев, стоящих в поклоне перед сионистским храмом. Евреев называли там “людьми, которые уважают и религии чужих стран” , хотя в действительности иудаисты нетерпимы ко всем другим религиям и очень редко отличаются такими качествами, как терпимость к иноплеменникам.
ПЕРВАЯ РЕАКЦИЯ
Существовало в Японии и антисионистское движение, которое часто сплеталось с антисемитскими тенденциями. Например, в воззвании, выпущенном в 1921 г. Обществом ронинов (обедневших самураев), содержалась такая фраза:
“Козни евреев, распространяющиеся на весь мир, доводят положение до крайней степени остроты”. Другие авторы заявляли, что евреи замышляют завоевание мира через “вольных каменщиков”, то есть масонов.
Одним из самых страстных японских антисионистов был генерал-лейтенант Сиотэн Нобутака, который столкнулся с “еврейским заговором”, обучаясь во Франции. Уйдя в отставку, он стал депутатом парламента и активизировал свою деятельность. Когда МИД Японии создал Общество изучения международной политики и экономики, генерал стал его душой и каждый месяц писал антисионистские статьи для печатного органа Общества — “Юдая кэнкю” (“Изучение евреев”).
Среди тех, кто распространял антисионизм в МИДе, был и Сиратори Тосио, посол в Италии. Однажды в лекции он заявил о евреях: “Эта нация враждебна к так называемым гойским нациям и вынашивает далеко идущие планы поставить мир под еврейское господство”. К сожалению, подобные (не лишенные оснований) мысли сочетались у него с восхвалением Гитлера, который “разоблачил перед всем миром заговор евреев, развязавших эту войну, и провозгласил войну за свержение евреев”. Сионизму как еврейскому шовинизму Сиратори противопоставил лишь шовинизм японский: “Евреи не просто собирают деньги. Они вынашивают чудовищные замыслы узурпировать миссию японского императора как императора всего человечества и самим царить над землей, т.е. над всем человечеством” .
В это время исследования еврейского вопроса в японском МИДе и армии велись чрезвычайно активно, но с большими преувеличениями. В МИДе этим занимался 2-й отдел исследовательского департамента, который освещал положение евреев в мире на основании иностранных статей по данному вопросу. Так, в донесении одного из японских дипломатов сообщалось, что жена заместителя итальянского министра иностранных дел Бастиниани — еврейка и что это влияет на политику Италии. Подобных сообщений в материалах 2-го отдела за 1938-40 гг. наберется не менее четырех тысяч.
В ВМФ проблемами сионизма ведал 3-й отдел Главного морского штаба, который регулярно выпускал “Информ-бюллетени по евреям”. В исследовательском отделе Маньчжурской железной дороги ежемесячно издавался “Вестник по еврейскому вопросу”, причем ряд его материалов носил апологетический характер. Например, в переводной лекции преподавателя Нью-Йоркского университета содержался следующий удивленный вопрос: “Неужели проживающие в Германии 650 тысяч евреев, составляя всего 10% от 65-миллионного германского населения, способны подавить немецкий народ, общепризнанно являющийся выдающимся?” Исследовательский отдел комментирует это: “Стоит прислушаться”. Но ведь всем известно, хотя бы на примере сегодняшней России, что и меньший процент населения может диктовать свою волю, если обладает ключевыми позициями в экономике или идеологии.
В центре исследований 3-го отдела Главного морского штаба находился капитан 1-го ранга Инудзука Корэсигэ, считавшийся лучшим специалистом флота по еврейской проблеме. Он был антисемитом, но работал с евреями на континенте, а потому прикидывался их другом. Впрочем, если посмотреть секретные документы или стенограммы выступлений в Обществе международной экономики и политики перед ограниченным числом присутствовавших, то видно, что он постоянно нападал на “зло еврейства”.
В интендантском училище ВМФ одну из лекций, прочитанных Инудзукой в мае 1933 г., использовали в качестве учебника. Дважды — в 1935 и 1938 гг. — Инудзука вносил в нее добавления. В этой лекции он писал об “опасности большей, чем открытая война”: “Кто же они, те, кто после маньчжурских событий, скрываясь в Англии и США, Китае и России, непрерывно плетут сеть международных интриг? Готова ли Япония отразить их еврейско-масонский заговор?”
Евреев он называл “источником вредных идей”, а преследование евреев Гитлером убежденно именовал “непреодолимым движением”. Однако позднее он утверждал, будто в период войны был защитником евреев, и даже работал некоторое время в правлении общества “Япония-Израиль”. В качестве члена этого правления он не раз развлекался в здании “Мэсоник-биру” у подножья Токийской телебашни, являющемся масонским клубом в Токио. Умер он в 1965 году .
“ПЛАН ФУГУ”
Своим самым лучшим специалистом по еврейскому вопросу японские милитаристы считали уже упоминавшегося полковника Ясуэ Нарихира, помощника генерал-майора Хигути Кинтиро. Он был не только мозгом Хигути во время его службы в Харбине, но и ответственным за связанные с евреями мероприятия в армии.
Ясуэ лелеял поистине дьявольский замысел: основать в Маньчжурии и других оккупированных японцами частях Китая автономное еврейское государство, создать своего рода Израиль на Дальнем Востоке. Хигути был согласен с этим. Подобное государство было бы очень привлекательным для “нации, в течение двух тысячелетий лишенной родины” (т.е. для сионистов), а заодно играло бы роль “буфера по отношению к СССР”, то есть усилило бы напряженность на наших дальневосточных границах. По этому поводу Ясуэ и начальник штаба экспедиционных войск в Китае Есимото провели 7 июня 1939 г. специальное совещание, главные результаты которого были изложены в следующих двух пунктах: “1) При создании еврейской зоны за пределами Шанхая необходимо, подобно Биробиджану, сделать ее автономной областью и через новый китайский режим поставить под защиту Японии. 2) Автономная власть должна иметь значительное пространство с учетом роста ее населения, увеличения иммиграции евреев по мере их стремления к мирной жизни на Дальнем Востоке, а также ожидаемого изгнания евреев из других стран” . Заметьте, как трогательно говорится здесь о “стремлении к мирной жизни на Дальнем Востоке”! По части демагогии японские милитаристы всегда были мастерами.
Аналогичные совещания прошли затем в Токио, Шанхае, на борту линкора “Идзумо”, т.е. попеременно в армии, флоте и дипломатическом ведомстве; присутствовали штабные офицеры, работники генконсульства, палаты азиатского развития. Доклад об этих прениях насчитывает целых 90 страниц, особенно интересен в нем “Анализ проблемы привлечения еврейского капитала”, где говорится о “положительном отклике на наши займы еврейских финансовых групп Нью-Йорка” и о том, что “возможно побудить к сотрудничеству также еврейские концерны Бельгии и Голландии” .
Весьма красноречиво называлась повестка дня заседания 10 июня: “Конкретные методы обеспечения прояпонской или хотя бы нейтральной позиции общественного мнения и президента США с использованием еврейских сил Китая”. Заседавшие единодушно признали, что “при рассмотрении США как капиталистического государства оказывается, что 80% их капитала обладают евреи. Кроме того, США страна общественного мнения, а 80% органов печати, создающих это общественное мнение, опять-таки держат в своих руках евреи” . Но когда дело дошло до конкретных предложений, то все ограничилось рассуждениями о том, что надо бережно относиться к еврейским беженцам и привить им любовь к Японии.
Более того, японский штаб охраны Шанхая выступил против итогов этого совещания, заявив в своем донесении, что попытка использования евреев “не только уничтожает истинный смысл священной войны, но и приведет к тому, что в ближайшее время ту горькую чашу, которую пьют сейчас Европа и США, будет пить сама Империя” . Вывод, не лишенный дальновидности, хотя Касэ Хидзаки и усматривает в нем антисемитизм.
Антисионистскую точку зрения разделял и Инудзука Корэсигэ, который в своем докладе Главному морскому штабу от 18 января 1939 г. уподобил евреев “блюду из рыбы фугу: поесть его очень приятно, но при неумелом способе приготовления можно лишиться жизни”. Доклад завершался призывом к серьезному “анализу того, возможно ли их постоянное использование” .
Что же это за “фугу”? Ядовитая рыба, которая, тем не менее, употребляется японцами в пищу. Несмотря на угрозу для жизни, многие в Японии хоть раз да отваживаются попробовать это блюдо. На риск заставляет идти распространенное мнение, что мясо фугу обладает исключительными вкусовыми качествами, усиливаемыми допустимой дозой яда. Приготовление блюд из фугу разрешается лишь поварам, имеющим специальную лицензию , но встречаются и “контрабандисты”, нередко доводящие своих клиентов до смерти.
“Опасно это или нет — нам нужны евреи, — с завидной прямотой объявил в декабре 1938 г. министр финансов и торговли Сэйсин Икэда. — Эти поселенцы будут активом для Маньчжоу-го и Японии. Но что еще важнее — их поселение побудит других евреев предоставлять нам капитал, который мы не можем получить никаким другим путем. Пригревая этих измученных европейцев, мы добьемся расположения американских евреев, которые контролируют прессу, радио, кинопромышленность и, возможно, самого президента Рузвельта. Мы не можем позволить себе оттолкнуть евреев. Если Япония последует примеру Германии и установит над евреями жесткий контроль, наша внешняя торговля подвергнется дискриминации. Если же Япония пойдет в противоположном направлении и подружится с евреями, нам откроются совершенно новые экономические возможности” .
Тут, как говорится, комментарии излишни, а нынешняя японо-американская война в сфере экономики ясно показывает, справедливы ли были расчеты Икэды.
В 1979 г. американская газета “Нью-Йорк таймс”, известная своей сионистско-масонской направленностью, опубликовала некоторые дополнительные сведения о японском “плане фугу”, как он назывался. Оказывается, этот план был разработан еще в 1934 г. и предусматривал расселение в Маньчжурии 50 тыс. евреев (преимущественно немецких), которые должны были стать авангардом целого миллиона. В статье “Нью-Йорк таймс” приводились слова некоего “молодого японского офицера”, который заявил на специальном совещании в Токио:
“Если мы ни на минуту не будем забывать о пронырливом характере евреев, если мы успешно выполним наше предприятие, то мы приготовим для нашей страны и нашего любимого императора самое вкусное и самое питательное блюдо, какое только можно себе представить”. Более подробно этот план (преподносимый, разумеется, как “преображение района девственной природы в независимое государство”) изложен в книге Токайера и Шварц, выпущенной английским издательством “Паддингтон пресс”, принадлежащим американцу. Шварц — это сионистская писательница, учившаяся четыре года в Токио, а Токайер — раввин, который провел в Японии более десяти лет: сначала как капеллан американских ВВС, затем — как раввин еврейской общины .
Легко догадаться, какую невероятную опасность не только для Китая, но и для России представлял “план фугу”. Японские фашисты недаром замыслили разместить дальневосточный Израиль в непосредственной близости от Биробиджана: в дальнейшем это помогло бы и им, и сионистам поднять вопль о необходимости “воссоединения” еврейства, что стало бы дополнительным предлогом для нападения на СССР. Но главное, что на наших дальневосточных границах возник бы увесистый кулак, состоящий из Японии, Китая (который был бы уже переварен и японцами, и сионистами) и всемирного еврейского капитала, насчитывающего многие миллиарды долларов. Если вспомнить, что с Запада на нас в тот же самый период надвигался германский фашизм, то ясно, чем все это могло обернуться.
К счастью “План фугу” не был осуществлен. Вероятно, тут сыграли свою роль противоречия между Японией и США, приведшие к войне на Тихом океане, и другие причины, но в числе этих причин несомненно был и страх японских милитаристов перед собственным планом. Они ведь понимали, что рыбий яд действует не избирательно, а на всех едоков, и вскоре охладели даже к ограниченному приему еврейских беженцев. Например, 11 июня 1939 г. Инудзука Корэсигэ доносил из Шанхая: “Талантливые специалисты, работавшие на германских авиазаводах, либо ученые с мировым именем отбираются и похищаются Англией и США. Вдобавок в нашу страну въезжают, смешавшись с беженцами, опасные журналисты, несущие антияпонские идеи” . Он предлагал обратиться к Германии и Италии с просьбой более не направлять евреев в Маньчжурию и Японию, за исключением группы специалистов по кожевенному производству, прибывающих для создания завода под Харбином.
Вскоре японцы создали в Шанхае “зону проживания”, где сосредоточили еврейских беженцев без гражданства. Эту зону окружал забор из колючей проволоки, а содержавшиеся там 13 тыс. евреев позднее рассказывали о бесчеловечном обращении со стороны японских солдат и офицеров. Некоторые даже утверждали, что жертвами этого жестокого обращения стали несколько десятков человек.
Одновременно с этим в различных японских организациях, газетах, издательствах активно действовали сотрудники германского посольства в Токио, призывая японцев преследовать евреев. После войны несколько евреев ФРГ потребовали от своего правительства компенсации за то, что во время войны они были лишены немецкого гражданства и потеряли из-за этого имущество в Шанхае. В западногерманских судах в 1951 и 1953 гг. оживленно дискутировался вопрос о том, создала ли Япония “зону проживания” в Шанхае независимо от Германии либо под ее давлением. Расследовалась деятельность германских официальных представителей того времени в Маньчжоу-го, Китае и прежде всего посольства в Токио.
В этом посольстве представителем гестапо в Восточной Азии был Роберт Майзингер. До приезда в Японию он руководил охотой на подпольщиков в Варшаве, за что получил прозвище “варшавского мясника”. Под началом Майзипгера работали Адольф Путкаммер и Ганс Нюманн, переведенные в Токио из концлагерей Бельзен и Освенцим. Однако суд не смог доказать, что именно эти трое заставили японскую сторону создать “концлагерь” в Шанхае.
Германское посольство в Токио активно содействовало распространению антиеврейской литературы, проведению соответствующих выставок, которые организовывались и самими японцами. Так, в январе-феврале 1943 г. газета “Майнити” устроила выставку “Международные тайные силы и франкмасонство” в Токио, а в марте — такую же выставку в Осака. И “Майнити” отнюдь не была исключением: аналогичная пропаганда в. широких масштабах велась Управлением информации и МИДом. Поэтому в умах японцев постепенно стало укореняться более критическое отношение к евреям, чем до тех пор.
Но в период войны было немало и таких японцев, которые осуждали преследование евреев. Например, профессор университета “Васэда” Сакаэда писал, что рассуждения о сионизме напоминают “страх малых детей перед привидениями” (“Корон”, февраль 1940 г.); начальник полиции в циндаосском генконсульстве Такахаси в пространном докладе начальству заявлял, что точка зрения японцев на евреев ошибочна (6 янв. 1940 г.); генерал Хигути утверждал, что его собственные меры по оказанию помощи еврейским беженцам были подогреты горячим призывом молодого японца Вакамия — сотрудника МИД Маньчжоу-го.
Хотя “план фугу” был отставлен японским правительством, оно продолжало в тех или иных формах заигрывать с сионистами. Например, Инудзука, переведенный в 1939 г. в Шанхай, встретился там с лидером маньчжурской тяжелой промышленности Аикава Еске и вместе с ним пытался получить у еврейской общины США кредит для Японии в 200 млн. иен. Переговоры велись через еврейскую общину Шанхая. Условия были таковы: предоставить 18 тысячам шанхайских евреев и 12 тысячам беженцев восточную часть Шанхайской бухты для поселения; из 200 млн. йен кредита 12 млн. направить на помощь евреям, остальные 188 млн. — самой Японии. США должны были поставить нужный Японии металлолом, нефть, станки. Переговоры продолжались целых полгода, за это время доверенные люди Аикавы вели беседы с руководством главных еврейских организаций в Нью-Йорке, но в итоге операция “заложники — кредит” окончилась неудачей — вероятно, из-за готовящейся войны на Тихом океане.
РОЛЬ ТРОЦКИСТОВ
Одним из мостов между японским милитаризмом и всемирным еврейством стал троцкизм, сионистско-масонские привязанности которого (не говоря уже о мелкобуржуазных, псевдореволюционных и т.д.) общеизвестны. В книге Майкла Сейерса и Альберта Кана “Тайная война против Советской России”, опубликованной в 1947 г. и на русском языке, рассказывается, как в 1935 г. Троцкий, давно изгнанный из СССР, прислал в Москву своему сподвижнику К. Радеку письмо, в котором говорилось о необходимости секретного соглашения с германским и японским правительствами. Троцкий писал, что диверсионные акты отныне должны совершаться под прямым “наблюдением немецкого и японского верховных командования”, и перечислял уступки, без коих троцкисты не могли надеяться придти к власти:
“...Нам придется уступить Японии сахалинскую нефть и гарантировать ей поставку нефти в случае войны с Америкой. Мы также должны допустить ее к эксплуатации золота. Мы должны будем согласиться с требованием Германии не противодействовать ей в захвате придунайских стран и Балкан и не мешать Японии в захвате Китая... Неизбежно придется уступить Японии Приморье и Приамурье, а Германии — Украину” .
Далее в письме намечался характер режима, который должен быть установлен в России после свержения советского правительства:
“...Допущение германского и японского капитала к эксплуатации СССР создаст крупные капиталистические интересы на советской территории. К ним потянутся в деревне те слои, которые не изжили капиталистической психологии и недовольны колхозами. Немцы и японцы потребуют от нас разряжения атмосферы в деревне, поэтому надо будет идти на уступки и допустить роспуск колхозов или выход из колхозов” .
В этом заговоре принимал участие и советский посол в Японии К. Ю. Юренев, который был тайным троцкистом с 1926 г. По указанию своих неофициальных руководителей он установил связь с японской разведкой, в чем ему помогал старый друг Троцкого X. Раковский, бывший посол в Англии и Франции. В сентябре 1934 г. Раковский в составе советской делегации выехал в Японию на международную конференцию обществ Красного Креста. Перед отъездом он получил от Пятакова пакет, который должен был передать послу Юрепеву. Предлогом к написанию письма была обычная просьба о присылке экономической информации, по на оборотной стороне бумаги симпатическими чернилами были приписаны строки, извещавшие, что Раковский должен быть использован для переговоров с японцами.
Через день после приезда Раковского в Токио с ним установил контакт один из японских агентов, который заявил, что цели троцкистского движения “вполне совпадают” с целями японского правительства. Другой японский офицер изложил, какого рода секретную информацию Япония хотела бы получить от троцкистов: данные о состоянии колхозов, железных дорог, шахт и промышленных предприятий главным образом в восточных районах СССР. Раковскому сообщили различные коды и шпионские клички для использования при передаче информации. Связным между Раковским и японской разведкой стал доктор Найда, секретарь делегации Красного Креста.
И Раковский, и Юренев были несколько испуганы столь рискованным для них развитием событий. Посол-троцкист с мрачным видом сказал при прощальной беседе:
— Мы очутились в таком переплете, что иногда не знаешь, как себя вести. Боишься, как бы, удовлетворив одного из наших контрагентов, не обидеть другого. Вот теперь, например, возникает антагонизм между Англией и Японией в китайском вопросе, а нам приходится иметь связь и с английской и с японской разведкой...
Раковский ответил ему:
— Нам, троцкистам, приходится играть в данный момент сразу тремя картами: немецкой, японской и английской... Но когда авантюра удается, авантюристов называют великими государственными людьми.
Эти данные частично подтверждаются и японской прессой. 20 февраля 1937 г. токийская газета “Миако” опубликовала, отчет о секретном заседании “плановой и бюджетной комиссии” японского правительства. На этом заседании военный министр генерал Сугияма заявил, что его министерство располагает детальной информацией о пропускной способности Сибирской железной дороги. “В России, — продолжал генерал Сугияма, — есть элементы, находящиеся в оппозиции к нынешнему правительству, и именно от них мы получили эти сведения”. Опубликование этого заявления в газете “Миако” имело для нее серьезнейшие последствия. Газета была оштрафована на крупную сумму за предание гласности тайной информации, а главный редактор ее информационного отдела, по настоянию военного министерства, был вынужден подать в отставку .
Существует и иной аспект посреднической роли троцкистов между японским милитаризмом и другими отрядами мировой реакции, пытающимися дестабилизировать обстановку в различных странах: распространение троцкизма в самой Японии, появление по его подобию многочисленных левацких течений, из которых больше всего нашумела группа “рэнго сэкигун” (“объединенная красная армия”). Но это относится главным образом к послевоенному периоду.
ОРУЖИЕ, ДЕНЬГИ И МОЛИТВЫ
Поражение во 2-й мировой войне было для Японии своего рода шоком, но вскоре японский милитаризм снова начинает возрождаться. Как это происходило? В самых различных формах. Скажем, в начале 1981 г. японское правительство решило увеличить военные расходы в новом финансовом году на 7,61%, а США требовали и того больше — на 9,7%, так что правительству Японии пришлось даже оправдываться . Через несколько месяцев после этого переговоры в Вашингтоне завершились “согласием Токио создать на японской земле склады для “сил быстрого развертывания”, расширить радиус морского и воздушного патрулирования в Тихом океане” . Последующее правительство Я. Накасоне было еще щедрее на подобные согласия, хотя проамериканская и антисоветская политика порою и подводили его, как в период парламентских выборов 1983 г.
Во взаимоотношениях между Токио и Вашингтоном видна та “дружба-вражда”, которая обычна для всех империалистических стран, но есть в этих отношениях и специфические элементы, связанные, в частности, с деятельностью мирового сионизма. Интересно, например, что после войны, когда в 1947 г. возобновился японский экспорт, покупали японские товары, как сообщает Касэ Хидзаки, почти исключительно евреи. Он объясняет это тем, что американские импортеры-торговцы были в основном евреями, и тем, что к концу 40-х гг. в Японию и страны Европы возвратились еврейские коммерсанты, еще до войны знавшие Восточную Азию. Крупнейшее состояние на экспорте из Японии составил себе Сол Айзенберг — один из тех, кто в начале 40-х гг. бежал из Франкфурта на станцию Маньчжурия. Приехав в Кобэ, он был без гроша и зарабатывал на жизнь, рисуя портреты с натуры, а со временем сколотил свыше 50 миллионов долларов .
С другим из таких процветающих дельцов, на сей раз японского происхождения — Икуро Тэсима, связано даже возникновение в Японии специальной просионистской секты макуя, что означает по-японски “скиния”, “походный храм”. Дело в том, что сионисты уже давно пытаются внушить японцам, индийцам и другим народам, будто те произошли от “десяти утерянных колен израилевых” и как бы находятся на пути постепенного возвращения в Иерусалим.
Формально макуя — не иудаистская, а христианская секта, и это понятно, потому что в период войны еврейские предприниматели из числа беженцев установили наиболее прочные деловые связи именно с японскими христианами. Другая причина состоит в том, что с христианами, иудофильствующими в рамках Ветхого и Нового заветов, оказалось легче договориться о некоторых догматах, чем, скажем, с синтоистами, чья религия требует строго соблюдать и хранить национальные духовные ценности.
Икуро Тэсима был как раз одним из тех капиталистов-христиан, которые преуспели во время войны на сотрудничестве с еврейскими беженцами. В послевоенный период он все более отходит от своего процветающего бизнеса, становится профессором богословия и организует секту макуя. Характерно, что ее символами Тэсима избрал иудейский семисвечник менора (герб Израиля) и еврейскую букву “м” (“Мэм”), с которой начинается слово “мишкен” — название секты на языке иврит. Легенда гласит, что в мае 1948 г. (как раз в момент провозглашения сионистами государства Израиль) на Тэсиму снизошло мистическое откровение. “В этот день на самом южном острове Японии — Кэмомото — родилось движение макуя” , — радостно восклицал израильский журнал “Израэл дайджест”. И хотя для распространения вновь обретенной “веры” Тэсиме пришлось поступиться своими деловыми предприятиями, он не прогадал даже материально.
В настоящее время секта насчитывает более 50 тысяч фанатических приверженцев во всех концах Японии и среди японских общин в Мексике, Бразилии, США. Иудофильское низкопоклонство членов макуи выражается, в частности, в том, что они меняют свои японские имена на ветхозаветные иудейские. Масонские “ценности” тоже не обойдены обожанием, порою они довольно ловко сливаются с традиционными японскими. Скажем, глава секты именуется “мастером”, в ее руководстве сохраняется принцип преемственности, но эти черты можно в определенной мере истолковать и как традиционные для Японии. Нынешний “мастер”, превратившийся из Акиры Индо в Акиву Джиудо (или Иудо), женат на дочери Тэсимы, которая с самого рождения получила имя Эстер (Есфирь). Их сын назван иудейским именем Ашрей.
“Мы, — вещает Акива, — тоже хотим участвовать в строительстве Сиона. Воодушевленные его воссозданием и основанием государства Израиль, мы, макуя, — новые сионисты, — смело смотрим вперед в ожидании пришествия небесного Сиона”. Из арсенала масонских лож заимствован макуйский термин “встречать свет жизни”. Он восходит к масонскому кумиру Люциферу (Сатане), т.е. в переводе с латыни — Лучезару, Светозару, Светочу. Но все это бутафорская масонская мишура. Главный принцип секты — “безоговорочная любовь к Израилю”. Это настоящий символ веры японских сектантов, то, ради чего и создана секта. Практически члены секты сразу посвящаются в то, что обычный масон узнает только по достижении 30-й степени — степени кадоша.
Для разработки своего “мистического откровения” проф. Тэсима около двадцати раз посещал Израиль. Особенно большое влияние на разработку “новой веры” оказали взгляды хасидов — открыто расистской секты внутри иудаизма. Достаточно сказать, что именно члены этой секты формируют кадры религиозно-националистического блока Ликуд в Израиле во главе с матерым террористом Менахемом Бегином.
В Израиле Тэсима встречался с такими столпами расистской философии сионизма, как Мартин Бубер, Гуго Бергман, Абрахам Хешель. Показательно, что французские авторы Луи Повель и Жак Бержье в своей книге “Утро магов” приводят интересные данные о связях на “мистической” почве между Мартином Бубером и ближайшими сотрудниками Гиммлера. Не исключено, что связь Тэсимы с Гиммлером и Мартином Бубером еще всплывет во всей своей откровенной неприглядности.
Одним из главных практических последствий снизошедшего на Тэсиму “откровения” стали постоянные поездки новых, особенно молодых членов секты в Израиль. Основная часть японцев бесплатно работает в кибуце Хевциба в Верхней Галилее, где они одновременно изучают язык иврит. Меньшая часть учится в различных учебных заведениях Израиля. На протяжении многих лет в этой стране постоянно находится около пятидесяти пар макуя со сроком пребывания от года до десяти лет. Во время учебы сектантов главный упор делается на предметы, связанные с Ветхим заветом, географией, историей, языком Израиля: естественно, в сионистской интерпретации.
Как правило, все члены секты в кратчайший период очень хорошо овладевают языком иврит. Они издали в Японии первый японо-ивритский словарь на 8 тыс. слов и выражений, выпустили сборник песен на иврите с нотами 75 израильских мелодий. Многие песни уже переведены на японский язык. Пение и танцы являются неотъемлемой частью макуйского ритуала, что тоже заимствовано из раннего хасидизма и весьма способствует вовлечению в секту молодежи.
Стараясь всячески выразить свою любовь и преданность Израилю, члены секты носят лапсердаки специального покроя. Эта ритуальная одежда выполнена в бело-голубых цветах израильского флага с огромной звездой Давида на спине. В таком облачении члены макуи шествуют по улицам Иерусалима, плачут у Стены плача, часто выступают по израильскому телевидению и на подмостках различных зрелищных заведений Израиля.
В 1973 г., во время очередной арабо-израильской войны, японское правительство, нуждающееся в арабской нефти, заняло проарабскую позицию. В ответ на это проф. Тэсима призвал своих последователей прибыть в столицу Японии. Около 30 тыс. макуя со всех концов страны и из-за рубежа откликнулись на призыв “великого мастера” и явились в Токио в своих ритуальных лапсердаках, размахивая израильскими флагами и распевая израильские песий. Когда в 1975 г. Генеральная ассамблея ООН приняла резолюцию, осуждающую сионизм как одну из форм расизма, члены макуи направили Курту Вальдхайму петицию протеста, под которой было 37 тыс. подписей. В 1980 г. в Токио вышла книга Тэсимы “Причины превосходства евреев и иудаизм”. Дальнейшие деяния секты пока недостаточно известны, но можно не сомневаться, что она еще заявит о себе.
КУЛЬТУРНОЕ “ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ”
Сразу же после войны, в результате американской оккупации, в Японии сложились особенно благоприятные возможности для развития буржуазной культуры во всех ее видах. Возникает разветвленная сеть американских “культурных центров”, японские средства информации открыто ориентируются на западные “масс-медиа”, в страну потоком идет массовая культура, развивается аналогичная собственная “культура” . Японский обыватель начинает все больше равняться на американские стереотипы.
Именно тогда, по данным исследовательницы Н. Якименко, в отношении Японии активизировались и масоны: “Каменщиками” были многие американские генералы, которые не жалели усилий для распространения и упрочения тайных союзов в мире. Когда, например, генерал Дуглас Макартур во время американо-корейской войны начала 50-х годов прибыл в Японию, он и там посеял семена масонства. Первым, кого он приобщил к “вольным каменщикам”, стал будущий премьер-министр Хатояма” . Я отнюдь не уверен, что это было первым проявлением масонства в Японии; факты, которые приводились выше, говорят о другом. Несомненно, этот вопрос требует дальнейшего исследования.
Даже такие традиционные японские учения, как дзэн-буддизм, начинают сливаться с буржуазной, в том числе сионистской культурой. Благодаря работам философа С.Н. Лебедева выяснилось, что Д. Судзуки и Р. Сасаки, сыгравшие наибольшую роль в приобщении Запада к дзэн-буддизму, были связаны семейными и духовными узами с американскими сионистами, а в другие страны дзэн-буддизм, как известно, проникает не столько в японском, сколько в западном обличье. “Молчаливое сосредоточение, в процессе которого возбуждается интуиция” , характерное для дзэн-буддизма, стало великолепным средством для отвлечения людей от реальных жизненных конфликтов, от общества — словом, тем, что так выгодно западным идеологам.
Симптоматично, что лучший из современных японских писателей, отдавший дань дзэн-буддизму, — Кавабата Ясунари “растворен в своих героях, он их никогда не осуждает, даже тогда, когда они вызывают в нем антипатию, как Куримото из “Тысячи журавлей” . Так пишет Т. П. Григорьева в своей книге “Японская литература XX века”, считая это вполне естественным, чуть ли не похвальным. Но есть ли здесь что-нибудь достойное похвалы? Т. П. Григорьева сама же показывает, что это вело литераторов Японии к нравственному релятивизму и личным трагедиям: “Иллюзия относительности добра и зла в мире противоречий стоила японским писателям немалых мучений, а порою и жизни как в случае с Акутагава, а может быть и Кавабата. Не в этом ли, если подумать, одна из причин большого числа самоубийств среди японских писателей последнего десятилетия?” .
Тот же “тихий” дзэн-буддизм причудливым (а на самом деле закономерным) образом стал философской основой каратэ и других жестоких видов японской борьбы, которые, пройдя западное переосмысление, вылились в обыкновенную апологию насилия, приносящую столько хлопот во всем мире.
Упомянутый выше Акутагава — точнее, Акутагава Рюноскэ, покончивший с собой в 1927 г., был, по-видимому, первым японским модернистом, хотя и выдается некоторыми, особенно его исследователем В.С. Гривниным, за реалиста. Еще совсем молодым Акутагава написал рассказ “Ад одиночества” (1916), как бы предвосхищая свою судьбу, но по существу не пытаясь спастись от “ада”. В другом произведении он заявляет, что “надо чувствовать муки попавшего в ад” даже при созерцании прекрасной природы. Все это приводит Акутагава Рюноскэ к еще более глубокому нравственному релятивизму, чем Кавабата Ясунари: “Честно говоря, добро и зло я рассматриваю как однородные понятия” .
По словам писательницы Юрико Миямото, японские модернисты (а они здесь полностью следуют за своими западными учителями) “возвышенным начали считать такое состояние духа, при котором тревога является самоцелью” . Этой мысли вторят многие другие, например, известный писатель и критик Абэ Томодзи: “Два мира противостоят друг другу не только в литературе, но и в сердцах людей. Стало очевидно, что индивидуализм, господствующий на Западе, порождает упадничество, ложь, одиночество, безысходность” .
Апологетам модернизма прекрасно известно отношение здоровой части общества к модернистской культуре, но это не мешает им рекомендовать нам все новые и новые “гениальные” фигуры. Тот же В. С. Гривнин буквально засыпал советских читателей произведениями Абэ Кобо и Оэ Кэндзабуро, в которых превалируют идеи пессимизма, отчаяния, абсурдности бытия, к тому же облеченные, как правило, в нарочито запутанную форму. “Каждый из романов Абэ, сколь бы ни отличались их сюжетные линии, поднимает одну и ту же тему: оставленность, заброшенность, одиночество человека”; “Идея лабиринта, абсурдности, безысходности существования пронизывает романы Абэ”; “У писателя — предчувствие “всеобщей депрессии”, и последующие романы Оэ подтверждают, что его предчувствие имело основание. Линия, начатая в “Опоздавшей молодежи”, развивается в “Футболе” .
Я сейчас цитирую Т. П. Григорьеву, но с тем же успехом мог бы цитировать В. С. Гривнина, Е. В. Маевского или К. Рехо. Самое интересное, что эти исследователи, отмечая у Абэ и Оэ названные выше черты, уверены, что без них читателям никак не прожить. Лишь в книге В.В. Логуновой, вышедшей три десятка лет назад, да в нескольких статьях мы встречаем по настоящему критическое отношение к японскому модернизму5. Это выглядит явным желанием навязать нашим читателям лишь одну, якобы бесспорную точку зрения, еще более активно навязываемую в наши дни.
ОТКРОВЕННЫЕ ПУБЛИКАЦИИ
Какую же связь все это имеет с главной темой данной работы — сионизмом? Самую прямую. Например, Абэ Кобо в ответ на “социальный заказ”, возникший после агрессивной израильской войны 1967 г., опубликовал эссе “Окраина в центре”, утверждая особую роль евреев в мировой истории и культуре. Этой мыслью и продиктовано нарочито парадоксальное название эссе. В 1971 г. “Окраина” была выпущена отдельным изданием, а в 1975 и 1979 гг. переиздана массовыми тиражами в серии “Тюо бунко” (“Центральная сокровищница литературы”). Что это за “сокровищница”, увидим из дальнейшего изложения эссе. Многие критики знали о нем, однако словно бы не учитывали его при неумеренной популяризации Абэ Кобо — литератора-миллионера, поддерживающего тесные и постоянные связи с определенными кругами США.
Начинает автор с размышлений о любимце всех модернистов и сионистов Франце Кафке, который повлиял и на самого Абэ. Главным сразу же оказывается еврейский вопрос. Отсюда Абэ переходит к силлогизму о том, “еврейское ли начало является типично городским или, наоборот, городское начало является типично европейским”. Под этим соусом читателю и преподносится целый букет сионистских концепций.
Абэ нигде не говорит прямо, что причисляет себя к сионистам. Напротив, он раза два даже спорит с ними, но только для видимости, поскольку спор явно не планировался. У автора совсем другая цель: создать представление о сионисте как о чересчур пылком человеке, который по наивности и из-за приверженности традиции слишком буквально воспринимает ветхозаветные легенды. Такая трактовка только на руку сионистам, а автору помогает изобразить себя либералом.
Поскольку в Японии, как утверждает Абэ, евреев нет, то отправной его точкой становится информация с чужих слов. И, как ни странно, со слов... Гитлера! Впрочем, скоро становится ясным, что цитирование Гитлера — совсем не дань экстравагантности. Автору это необходимо для рассуждений об особой жертвенности евреев на протяжении веков и о неизбывности мирового антисемитизма — тезисы, вполне совпадающие с догматами сионистской идеологии.
Более того, у Абэ получается так, что если на западе антисемитизм — только одно из частных негативных явлений, то в восточноевропейских странах — это государственная политика. На каких же фактах строит автор подобное утверждение? Да ни на каких, если не считать нескольких выдумок относительно нашей культуры. По словам Абэ, в России “многих писателей-евреев критикуют, зажимают им рты, подвергают их чистке”, а уж о “сталинском” периоде нечего и говорить .
Не ограничиваясь СССР, Абэ норовит сделать обобщение обо всех восточноевропейских странах: “чрезвычайно большая часть так называемых контрреволюционных элементов, приносимых к кровавую жертву, в конечном счете оказываются евреями-горожанами . В своем рвении услужить Сиону, он оплакивает известного сиониста Гольдштюккера, с которым познакомился, когда тот был председателем Союза писателей Чехословакии. Автор эссе очень сожалеет, что этому “исследователю Кафки” не удалось продолжить свою деятельность.
Не раз в эссе возникает аналогия между социализмом и фашизмом. Этот прием тоже очень давно используется сионистами. Они никак не могут смириться с тем, что во многих странах граждане еврейской национальности являются полноправными членами общества и не всегда прислушиваются к сказкам о “земле обетованной”. Досадно, что к этим сказкам присоединился известный японский писатель, но это, к сожалению, закономерно для него.
Абэ Кобо даже опередил другую аналогичную крупную публикацию — книгу Исайи Бендансона “Японцы и евреи” (1970), написанную одним из членов еврейской общины в Японии. Бендансон родился в 1918 г. в г.Осака. Его отец вел торговлю с Китаем, а Исайя выбрал себе еще более выгодные объекты. В 1941 г., понимая, что японцы не способны выиграть войну на Тихом океане, Бендансон эмигрировал в США, в 1945 г. вернулся в Японию, в 1947 г., незадолго до образования государства Израиль, переехал в Палестину, жил в Тель-Авиве, в 1950 г. снова вернулся в Японию, в 1955 опять переехал в США, но продолжал часто посещать Японию “по торговым и другим делам”, как сказано в издательской аннотации. Словом, это типичная космополитическая фигура, столь характерная для международного сионизма. Книга Бендансона, выпущенная такими же идеологами-предпринимателями, стала бестселлером не только в Японии, но и в ряде других стран — например, была переведена на китайский язык и издана на Тайване.
Исходный пункт этого опуса — некая общность судеб японцев и евреев. Заключается она якобы в том, что и те, и другие принадлежат к избранным этническим группам, высшим по сравнению с другими народами земли. При этом Бендансон без конца повторяет, что “японцам есть чему поучиться у иудеев”, хотя, как он говорит, “японцы обладают особым политическим талантом” .
Уроки 2-й мировой войны Бендансон учел только в одном отношении: если императорская милитаристская доктрина причисляла к избранным, кроме японцев, “тевтонскую расу”, то Бендансон рядом с Японией ставит Израиль и ведет мировую историю от иудейских пророков и Торы. Он восторгается той ловкостью, с какой сионисты, одурачив весь мир, захватили Палестину, уничтожили или изгнали ее коренное население, а теперь непрерывно расширяют границы своей империи на Ближнем Востоке. Его восхищает высокомерие, с которым Израиль и сионизм относятся к мировому общественному мнению, к международному праву и решениям ООН.
Увы, сетует Бендансон, “Япония — мирная страна, даже слишком мирная” . Выход из этого только один: пренебречь статьей 9 послевоенной конституции, запрещающей Японии иметь армию, и наращивать пресловутые “силы самообороны”.
В ряде случаев книга Бендансона претендует на философичность, по фактически пронизана обыкновенным шовинизмом, причем даже двойным. Автор Не без успеха пытается связать сионистские концепции с реакционными идеями пресловутого “духа Ямато” — идеологического оружия японских правых сил.
Есть в книге Бендансона и то, без чего ни один милитарист или сионист просто не может обойтись, — злостные нападки на Россию и русских. Палестинскую проблему он ставит с ног на голову и без обиняков заявляет, что в политике Израиля нет ни агрессии, ни территориальных притязаний. Автор высказывает крайнее сожаление по поводу того, что в японских газетах иногда появляются “весьма ошибочные” статьи о Ближнем Востоке, которые основаны на сведениях, “полученных из рук европейцев и арабов” . Бендансону и иже с ним, конечно, очень хотелось бы, чтобы в Японии, да и во всем мире, освещение ближневосточных событий сводилось к перепечатке материалов из израильских газет, арабов бы никто не слушал, а европейцы, что называется, не лезли бы не в свои дела.
Написанная прежде всего для японских читателей, книга Бендансона является еще одним свидетельством того, что сионизм усиленно ищет себе союзников, причем ищет их в первую очередь там, где процветают шовинизм и расизм. Недаром, например, сионисты нашли общий язык с южноафриканскими расистами. Правые силы Японии, японский национализм, стремящийся к возрождению “духа Ямато”, тоже представляют для мирового сионизма большой интерес.
К сожалению, многие читатели воспринимают книгу Бендансона с наивным доверием. Даже в специальной рецензии на нее, опубликованной журналом “Тюо корон”, содержится единственный (кроме некоторых частных наблюдений типа: “Евреи никогда не сообщали о том, где у них спрятаны деньги, даже членам своей семьи — ведь под пыткой те могут разболтать это”) более или менее вразумительный вывод: “Книга предостерегает, что если японцы допустят промах, они могут в будущем повторить судьбу евреев и подвергнуться преследованиям в мировом масштабе” .
Последняя проблема, по-видимому, волнует японцев. Об этом свидетельствует и напечатанная тем же журналом статья эксперта Бангкокского банка Танета Компрасута “Новые евреи Дальнего Востока”, где говорится, что раньше в Таиланде “евреями Дальнего Востока” называли китайских иммигрантов, а затем к ним присоединились японцы. Замыслив подчинить Азию силой, они потерпели неудачу, но не пали духом и снова начали агрессию — на сей раз мирными способами, которые можно заметить лишь тогда, когда противостоять им уже трудно.
“За последнее время, — пишет автор, — многие народы Азии чувствуют, что их страны подвергаются тихому экономическому нападению. Куда ни кинь взор, всюду реклама японских товаров и изделий, японское влияние проникает в различные сферы повседневной жизни... Японцы сейчас строят металлургический завод в Малайзии, добывают нефть в Индонезии, делают автомобили на Филиппинах, собирают телевизоры на Тайване, продают часы и автомобили на Ближнем Востоке, а лыжи и фотоаппараты — в Австрии и Германии, ищут медную руду в Замбии, строят площадки для сооружения отелей на Аляске и металлургического завода в ЮАР. Каждый день предприниматели, инженеры, техники, брокеры и пр. ездят по свету, всюду смотрят, изучают, проектируют, советуют, закупают сырье, продают японскую промышленную продукцию... Такое резкое экономическое расширение превратило победителей в эгоистов, безжалостно выжимающих прибыль из слабых и несчастливых.
Подобные действия японцев очень похожи на еврейские. Раньше говорили: “Евреи заслуживают похвалы за их настойчивость в торговле”. Да, но при этом они всецело предаются погоне за прибылью. В своем фанатизме они готовы сносить всевозможные лишения, покорно терпят ругань, даже зверства и, тем более, закрывают глаза на мучения, причиняемые другим. В то же время японское законодательство и обычаи не приветствуют импорт иностранных изделий” , так что обмен с Японией оказывается далеко не равноправным.
Помимо названных работ, буржуазная печать щедро снабжает японцев переводными сочинениями американских или израильских сионистов: Дж. Яфе “Евреи Америки” (Токио, 1972), “Евреи и арабы — вчера, сегодня, завтра” (Токио, 1980), Л. Давидович “Почему убивали евреев?” (Токио, 1981) и т.п.
Рецензия профессора Кунитака Тюдзи на первую из этих книг опять-таки пронизана наивностью, если не сказать: злонамеренностью. “Можно считать уже общеизвестным фактом, — заявляет профессор, — что в новейшее время во всех сферах американского общества — финансов, дипломатии, науке, искусстве, журналистике и пр. — чрезвычайно много лиц еврейского происхождения, добивающихся прямо-таки блестящих успехов... На чем же американские евреи построили свою деятельность? Что они собой представляют, т.е. что такое еврейский характер? Противоречил ли процесс их ассимиляции их стремлению сохранить свое лицо? Как изменялся в США иудаизм, который можно назвать их основой”? . Кунитака считает, что исследование Джеймса Яфе ответило на все эти вопросы, и подчеркивает, что “в Японии это первая переводная просветительская книга, знакомящая с еврейством” . Действительно, Бендансона не надо было переводить: он мог писать прямо по-японски. А все остальное в рецензии, мягко говоря, неверно. Даже своекорыстное нежелание большинства сионистов США уезжать в свой любимый Израиль и автор книги, и ее рецензент трактуют лирически: “Американские сионисты обнаружили в своем сердце трещину. Они боролись за создание родины, но не тянутся к ней. Они хотят быть сионистами и одновременно — американцами” .
В таком апологетическом духе написана вся рецензия. Лишь однажды Кунитака осмеливается сделать замечание, но и его предваряет позитивным вступлением: “Уже общепризнанно, что либерализм характерен для большинства евреев, так что тут точка зрения автора вполне понятна. Но когда автор защищает эту положительную сторону либерализма, абстрагируясь от “преодоления расового сознания классовым сознанием”, его слова звучат неубедительно” . Ясно, что подобная робкая, лжеакадемическая критика не способна привить японцам иммунитет к сионизму.
КУПЛЕННЫЙ ГЛАВА ГОСУДАРСТВА
Все разобранные публикации и даже существование секты макуя бледнеют перед тем, что американской авиакомпании “Локхид” удалось подкупить за 500 млн. иен самого премьер-министра Какуэя Танаку. А ведь “Локхид” — она из многочисленных сионистских компаний! Именно по этой линии — связей с американскими и прочими транснациональными корпорациями — идет главный путь вовлечения Японии в орбиту международного сионизма.
Финансовые махинации Танаки (жалованья премьер-министра и законных доходов ему было недостаточно) всплыли еще в 1974 г., и ему пришлось уйти в отставку. В 1976 г. разразилось “дело Локхид”, Танака оказался под судом, вышел из правящей Либерально-демократической партии, но парадоксальным образом продолжал возглавлять ее наиболее влиятельную фракцию .
Дальнейшие события еще больше похожи на фарс: Сентябрь 1979 г. “Вот уже три года длится суд, а конца ему не видно. Танака не только остается на свободе, но и активно участвует в предвыборной кампании”; “Токийский суд отменил назначенное на 12 сентября очередное слушание по делу Танаки и его сообщников. Мотивировано это тем, что бывший премьер занят подготовкой к своему переизбранию в депутаты нижней палаты” .
Ноябрь 1979 г. “М. Охира вновь избран премьер-министром Японии... Успех ему обеспечила тесная поддержка фракции бывшего премьер-министра Танаки” .
Почему же обнаглевший взяточник сам не попытался снова возглавить государство? Очевидно потому, что все-таки побоялся провала, не хотел привлекать к себе чрезмерное внимание, а также потому, что “руководители фракций обычно не опускаются до того, чтобы войти в состав правительств” , и предпочитают действовать через своих вассалов.
Ноябрь 1983 г. Японская оппозиция в который раз выступила “с требованием лишить депутатского мандата бывшего премьера Танаку, недавно приговоренного к 4 годам тюрьмы за взяточничество” , но руководство ЛДП даже не вынесло этот проект на голосование.
Октябрь 1984 г. “Сказать, что преступник все еще разгуливает на свободе, — значит не сказать ничего. Он не только свободен, но и продолжает оставаться членом парламента, не только участвует в политической жизни, но и оказывает решающее влияние на нее... Пообещав год назад нейтрализовать влияние взяточника на политику, Я. Накасонэ фактически ничего не сделал для этого. Танака по достоинству оценил это. Его фракция заявила, что на предстоящих в ноябре выборах... она поддержит кандидатуру Я. Накасонэ” .
Просто “непотопляемый авианосец”, каким некоторые американцы хотят видеть всю Японию!
Помимо Танаки, по “делу Локхид” проходил министр транспорта Томисабуро Хасимото, видный представитель консерваторов К. Хамада и другие . Их защищали все те же явные или тайные силы. Но отношение японского народа к подобным лицам вполне определенно, оно выразилось в конфузе, который испытала ЛДП на парламентских выборах 1983 г., когда за нее проголосовало лишь 46% избирателей . Как писала американская газета “Трибюн”, это поражение было “вызвано, прежде всего, проамериканской политикой, проводимой кабинетом Накасонэ” .
Система японских выборов такова, что посрамленный премьер не лишился своего места, однако упорная борьба общественности против политики правительства, в том числе против коррупции, подогреваемой международным империализмом и сионизмом, все же привела к некоторым результатам, например, заставила членов нового кабинета публично рассказать о своих доходах. При этом оказалось, как сообщает западногерманская газета “Зюддойче цайтунг”, что “из 21 министра 19 располагают многомиллионными состояниями... Самый богатый человек в кабинете Накасонэ — государственный министр, начальник управления экономического планирования Комото... Он оценил свое состояние в сумму, равную 56 миллионам марок, но в действительности владеет капиталом и недвижимостью стоимостью 95 миллионов. Несколько “беднее” министр внешней торговли и промышленности Оконоги... Его состояние оценивается в 31 миллион марок. Имуществом, стоимость которого превышает 16 миллионов марок, владеет министр труда Сакамото... Министр иностранных дел Абэ располагает капиталом в 7,8 миллиона марок. Сам премьер-министр Накасонэ заявил, что его состояние не превышает в пересчете 1 миллиона 200 тысяч марок. Но журналисты из Си-би-эс представили свои данные: по ним премьер-министр в несколько раз богаче... Его капитал равен 7 миллионам марок” .
Короче говоря, экономика, внешние связи и другие важнейшие сферы жизни Японии находятся в руках самых крупных богатеев, которые вряд ли будут печься о ком-либо, кроме себе подобных. Японское правительство все больше превращается в “правительство миллионеров” — по образцу своих американских покровителей и подкупателей.
ТРЕУГОЛЬНИКИ И МНОГОУГОЛЬНИКИ
Одним из важнейших средств подчинения разных стран всемирной финансовой олигархии являются так называемые частные клубы, типа Бильдербергского клуба, названного по отелю Бильдерберг в Голландии, где в 1954 г. произошло его первое заседание. В это невинное, на первый взгляд, объединение входили американские президенты Г. Трумэн и Дж. Форд, бывший руководитель Управления стратегических служб США (впоследствии — ЦРУ) У. Донновэн, его преемники А. Даллес и Б. Смит, генеральные секретари НАТО М. Брозио и И. Луне, крупные немецкие, английские и французские политики и финансисты, в том числе связанные с нацизмом. Но главные их связи, как показывают В. Пигалев, В. Бегун, Н. Якименко и другие исследователи , идут по масонской линии.
Если Бильдербергский клуб включал в основном представителей стран Запада, то созданная в 1973 г. ему в помощь Трехсторонняя комиссия была призвана расширить сферу деятельности масонов. Официальная цель этой комиссии состояла в том, чтобы “объединить или хотя бы согласовать усилия Северной Америки, Западной Европы и Японии в преодолении экономических невзгод и политической нестабильности” , а фактически — распространить западную диктатуру не только на эти районы, но и на весь мир. Имена многих членов комиссии “стоят и в списках масонских лож: Д. Рокфеллер, 3. Бжезинский, Д. Картер, С. Вэнс, М. Блюменталь...” . После ухода Вэнса и Бжезинского в американскую администрацию их место в Трехсторонней комиссии занял Г. Киссинджер . Его фамилия, вместе с фамилиями бывшего министра финансов США М. Блюменталя и некоторых других, четко свидетельствует и о сионистских связях комиссии.
Ставя перед собой как экономические, так и политические задачи, Трехсторонняя комиссия чаще всего действует без шума, с помощью “заинтересованных стран”. Например, в 1979 г. газеты вдруг сообщили: “В Японии обрела хождение новая идея. С благословения правящих кругов в Токио заговорили о планах создания “Тихоокеанского сообщества”. В числе его участников наряду с Японией называют Соединенные Штаты, Канаду, Австралию, Новую Зеландию, а также пять стран АСЕАН (Индонезию, Филиппины, Таиланд, Малайзию, Сингапур). “Тихоокеанское сообщество”, утверждают авторы этого проекта, способствовало бы переходу от торговых связей к разносторонним формам сотрудничеств стран западного региона” .
Роль Японии в создании “Тихоокеанского сообщества” была настолько раздута, что в печати эту идею называли инициативой, “предложенной Токио при поддержке Вашингтона” . Но обозреватель В. Овчинников резонно обратил внимание на следующее обстоятельство: “Идея создания сообщества пущена в ход как раз в ту пору, когда в столицах ведущих капиталистических держав заговорили о военном сотрудничестве на базе так называемой Трехсторонней комиссии...” . Вот кто на деле скрывался за “японской” инициативой!
Одним из звеньев этой политики стали в 1983 г. поездка Рейгана в Токио и Сеул, призванная “создать азиатско-тихоокеанский вариант Североатлантического блока — трехсторонний военный союз США, Японии, Южной Кореи” . После переизбрания Рейгана президентом сколачивание “Тихоокеанского сообщества” продолжает оставаться одной из насущных задач вашингтонской администрации . Свою выгоду надеется извлечь и японское правительство. По словам пхеньянской газеты “Нодон синмун”, “идя навстречу требованиям Рейгана укрепить “оборонную” мощь Японии... Накасонэ преследует, в конечном счете, цель осуществить былую мечту о создании “сферы процветания Великой Восточной Азии” . Этими же целями продиктовано сближение Японии с КНР, весьма угодное Соединенным Штатам, японское участие в различных экономических предприятиях Китая, посредничество в снабжении третьих стран китайскими рабочими , и т.д.
Как собственные аппетиты, так и американский нажим влекут Японию даже на Ближний и Средний Восток, и тут она вновь сталкивается с сионистами — в их наиболее откровенном и примитивном обличье. Именно сталкивается, потому что зависимость от арабской нефти и другие причины мешают японским капиталистам полностью сблизиться с Израилем. Но это опять-таки компенсируется союзом с его американскими покровителями.
Рассмотрим еще одну небольшую хронику событий:
1979 г. Японский еженедельник “Экономисте” признал, что американская военная база на острове Окинава все больше “становится важным опорным пунктом по... переброске в случае необходимости седьмого флота США из западной части Тихого в Индийский океан, на Ближний Восток” .
Январь 1980 г. Премьер-министр Охира и министр иностранных дел Окита дали понять, что “активность Японии на международной арене выразится в подключении к экономическим санкциям против Ирана, в увеличении помощи Пакистану, ставшему базой агрессии... против Афганистана, в поддержке... развязанной Соединенными Штатами антисоветской кампании” .
Июнь 1981 г. “Японское правительство... заняло откровенно двуличную позицию в отношении бандитского налета авиации Израиля на иракский центр атомных исследований”. Подобными акциями вызвано естественное “недоверие арабских стран к... Японии, которая, объявляя себя другом арабов, на деле поддерживает ближневосточную политику США, вооружающих Израиль” .
Август 1981 г. Позицию правительства Японии доводят до логического конца японские фашисты, выступающие под лозунгами: “Укрепим союз с США”, “Поможем Израилю”, “Отомстим СССР” и др. .
Май 1984 г. “После обострения обстановки вокруг Афганистана Япония удвоила свою экономическую помощь Пакистану... Накасонэ посетил лагерь афганских басмачей под Пешаваром и пообещал выделить им еще 15 миллионов долларов. В общей же сложности Япония с 1979 года предоставила афганским контрреволюционерам 62 миллиона долларов” .
Разумеется, часть японского общества ведет борьбу с империализмом и сионизмом. Например, в 1982 г. журналист Р. Хирокава издал в Токио документ большой обличительной силы — фотоальбом “От израильского вторжения до убийств в палестинских лагерях Сабра и Шатила” . Но такие работы, к сожалению, тонут среди гораздо более многочисленных сионистских и просионистских публикаций.
Итак, в истории связей сионизма с Японией можно выделить два главных периода. Первый — с начала века до 2-й мировой войны. Он характеризуется тем, что международный сионистский комплекс контактировал в основном с императорским правительством, а для контактов с японским обществом серьезных возможностей еще не имел. Второй период — военный и послевоенный, когда сионизм проторил дорогу и к японскому обществу (в первую очередь к его промышленным и банковским кругам), нашел себе союзников и прислужников.
В структуре сионистского воздействия на японское общество можно выделить несколько слоев или уровней. Первый уровень — религиозно-сектантский, требующий низкопоклонного иудофильства и фанатичного служения Сиону, что нашло свое выражение в создании секты макуя. Но этот уровень не главный, он является скорее катализатором для следующих ступеней. Второй уровень — сионистская пропаганда и заигрывание с японским национализмом, искажение исторической и политической правды, борьба против реальной жизни под видом различных рекомендаций японцам. Ярким примером этого может служить книга Бендансона. Третий уровень — утонченная проповедь сионистских и созвучных им идеологических, политических, эстетических и прочих концепций деятелями культуры, искусства, общественными деятелями. Воплощениями этого уровня являются апология модернизма, эссе Абэ Кобо, массовая культура. Он для мирового сионизма особенно важен, поскольку в этом случае сионистские идеи проходят без клейма “сделано в Сионе” и становятся своего рода идеологической пятой колонной. Четвертый уровень — военно-политический, втягивание Японии в конкретные акции международного империализма и сионизма, в том числе на Ближнем Востоке. Пятый уровень — экономический, попытки подчинить весьма развитую японскую экономику всемирной финансовой олигархии.
Поскольку Япония является капиталистической страной, прочно связанной с мировой империалистической системой, в сионистской пропаганде на Японию почти отсутствуют призывы бороться с существующим режимом “за свободу” — как рекомендуют те же сионисты в отношении восточноевропейских стран. Но и там, и здесь влияние сионистского комплекса на местное общество носит глубоко провокационный характер. Оно призвано отвлечь людей от других, гораздо более важных проблем, содействует милитаризации Японии, уже не раз сослужившей дурную услугу всему миру. И международный сионизм, и масонство, и японский милитаризм в равной мере оказываются “ядовитыми рыбами”, которые тщетно пытаться использовать, какими бы вкусными они кое-кому ни представлялись.
При всем относительном благополучии их современной жизни японцам не мешало бы более бдительно оценить те задачи, которые ставит перед собой Запад и в 1991 г. были выражены одним американским сенатором: “В прошлом году мы победили в “холодной войне”. В нынешнем году мы победили в войне в Персидском заливе. Теперь настало время победить в войне, которая является самой важной для будущего Америки, — в торговой войне” . Ясно, что в первом случае речь идет о победе над СССР, во втором — над Ираком и вообще Ближним Востоком (разумеется, кроме Израиля), а в третьем — прежде всего над Японией.
Что же касается японского милитаризма, то в послевоенный период он внешне облагородился, однако не изменил своей сущности. Ему уже мало двух войн с Россией. Видя, что сейчас она тяжко больна, он готов играть как на проблеме финансовой помощи, так и на давних территориальных претензиях, беспринципно связывая эти вопросы воедино. И ему, к сожалению, вторят многие “российские” политики. В этом свете особенно актуален призыв к истинным патриотам: “Мы должны запомнить политических деятелей, пренебрежительно и враждебно третирующих утесняемых русских в Молдавии и Прибалтике, легко предлагающих отдать Курилы или часть Псковщины, пристегивающих нас к американской коляске и ссорящих с исламским миром. Запомнить их имена и сделать их широко известными” .

Грандиозный план XX-го столетия

Дуглас Рид




Грандиозный план
XX-го столетия



«Самое мерзопакостное в этом деле… то, что это не был взрыв народного возмущения, но
тщательно отрепетированный план»

Лорд Актон «Очерки о Французской Революции»


Дольфин Пресс ЛТД.
73 Гейл стрит, Дурбан
Южная Африка
1977 год.
Перевод Джона Галепено

ОГЛАВЛЕНИЕ
Предисловие переводчика 2
Часть первая
Столетие грандиозного заговора 3
Большой замысел 3
Диалог в преисподней 3
Заговор молчания 4
Денег навалом 4
Президентский советник 4
Эра Рузвельта 5
Президентский уполномоченный 6
Войны без трофеев 7
Эксперимент по созданию Всемирного Суперправительства 7
Просвещённый прогрессивизм 8
Слияние с коммунизмом 8
Власть денег 9
Часть вторая
Англоязычные страны 10
Парадоксальный человек Черчилль 10
Глобальный заговор 11
Новый империализм 11
Стипендия имени Сесиля Родса 11
Институты Иностранных Дел 12
Издалека и широка 13
Америка и СССР в Африке 14
План для Африки 14
Снова в рабство 15
Заговор Правды 15
Послесловие переводчика 16



ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА
Автор книги Дуглас Рид уже известен русскому читателю по переводу классического руководства «Спор о Сионе», вышедшего в издательстве «Витязь». Компетентность автора, всю свою жизнь отдавшего изучению этого вопроса и наказанного за это, не вызывает сомнений.
Бывший ведущий политический корреспондент английской газеты «Таймс» был уволен, когда отклонился от ожидаемого освещения событий. Работал же он в «Таймс» с 1921 года и уволен был после Второй Мировой Войны. После этого все оставшиеся ему тридцать лет он писал то, что не мог писать, работая корреспондентом «Таймс». Следы автора обрываются после написания этой книги. Вполне возможно, терпение людей, которым он действовал на нервы, кончилось.
Эта книга о том, как весь двадцатый век выдающиеся государственные руководители Америки и Англии строят единое, всемирное Супергосударство. Казалось бы, ну и что тут такого? Хорошо жить можно в государстве любого размера. Но дело в том, что политические деятели строят это Супергосударство тайным образом. Отсюда возникают законные подозрения, что у них есть достаточные основания не сообщать нам об этом. На этом месте возникают нехорошие предчувствия, которые оправдываются, когда вы узнаёте, что все эти мировые войны и революции являются средствами и вехами построения всемирного Супергосударства. Автор наглядным образом показывает, что хотя формально Супергосударства ещё нет, но Суперправительство успешно функционирует весь двадцатый век. Как это Суперправительство функционирует, и идёт речь в этой книге, которая хоть и небольшая, но чрезвычайно информативная. Именно поэтому эта книга изымалась из торговли и библиотек в странах с широко разрекламированной свободой прессы.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
СТОЛЕТИЕ ГРАНДИОЗНОГО ЗАГОВОРА
«…Мы начинаем эру, по сравнению с которой все достижения прошлого будут выглядеть как пара пустяков. Нет предела нашему прогрессу… К 1930 году мы будем богатейшей и величайшей страной в мире!..»
Так выражалась одна из героинь Соммерсета Моэма в 1920-х годах и все считали, что Соммерсет Моэм правильно подметил всеобщее американское настроение. Сегодня, 50 лет спустя, эти слова звучат как насмешка. 200 летняя годовщина Америки была торжественно отмечена. Но сегодня Америка зловеще отличается от той Америки, которая была 200 лет назад. В действительности Джордж Вашингтон перевернулся бы в гробу, увидев что стало с его страной.
Запутавшись окончательно в паутине всемирного заговора, республика Джорджа Вашингтона окончательно стала служанкой мирового Сионизма. Постепенно и незаметно принципы функционирования Америки, изложенные в его прощальной речи были выброшены.
Заговорщики против всех наций преуспели в захвате американского благосостояния и богатства и используют его для разрушения других наций и установления мировой диктатуры.
Теперь, когда три четверти 20 столетия прошли, след заговора отчётливо проступил, и только лунатик или предвзятый государственный человек может ещё отрицать присутствие всемирного заговора. Инициаторы уже давно не скрывают, что в будущем мире национальность станет преступлением и с очевидностью планируют Мировой Концентрационный Лагерь. Их большой план оказывает своё влияние даже на нашу повседневную жизнь, вследствие чего мы живём в настоящем, но без будущего.
Большой замысел
Заговор настолько набрал силу в этом столетии что попытка предпринять окончательный захват власти скорее всего будет предпринята уже около 2000 года. (события 11 сентября 2001 года стартовали эту попытку. — пер.) Орудие захвата власти готово: мафиозная структура в Нью-Йорке называемая ООН, была создана для того чтобы разрушить нации, объединённой организацией которых она якобы является.
Заговор настолько древен сам по себе, что следы его теряются в столетиях, а главным зачинщиком является сам дьявол. Периодически заговор всплывал в благоприятное время, пребывая в остальное время как бы в спячке.
Диалог в преисподней
Пять веков назад Макиавелли провозгласил основные принципы мирового правительства: верши власть без всяких угрызений совести. Затем заговор пребывал в спячке в течении 300 лет до той поры, пока Баварское правительство не обнаружило в 1785 году документы тайного общества Иллюминатов руководимого Адамом Вейсгауптом, иудеем, получившим иезуитское образование. Члены тайного общества Иллюминатов приняли активное участие в подготовке и проведении кровавой Французской революции.
В середине 19 века Морис Жоли реанимировал идеи Макиавелли в своих «Диалогах в аду между Макиавелли и Монтескье». В 1897 году наиболее явное свидетельство заговора выплыло в России в виде «Протоколов Сионских Мудрецов».
Название само по себе не вносит ясности, с того времени очень много не еврейских имен появилось среди активнейших участников заговора, в то время как «Протоколы» рассматриваются как исключительное произведение еврейской мысли. «Протоколы», очевидно, являются конспектом более ранних руководств на ту же самую тему. Но пока протоколы остаются самым чётким и наиболее зловещим руководством. Просматривать «Протоколы» — это как всё равно смотреть в яму кишащую гадами: они вызывают у большинства нормальных людей чувство отвращения и тошноты. Все зловещие мысли собраны в «Протоколах» в кратком изложении.
Именно методами изложенными в «Протоколах» началось разложение Америки на пороге 20 столетия. Эти методы оказались настолько эффективными, что как жертва карманника не чувствует украденного кошелька, так и Америка не заметила происшедших с ней изменений.
«Протоколы» были переведены на европейские языки в 1920 годах, и эффект был равнозначен взрыву. Их истина была засвидетельствована только что промелькнувшим 25-летием.
Газета «Таймс» (тогда ещё печатавшая правду) вопрошала: «Какая зловещая организация планирует эти схемы и теперь ликует видя их триумф?….Откуда происходит этот зловещий дар предсказаний которые почти всегда сбываются?».
«Таймс» была права, но когда 25 лет спустя, итоги Второй мировой Войны обнаружили дальнейшее развитие заговора, газете «Таймс», как и другим газетам, уже нечего было сказать по этому поводу. Газета «Таймс», как и остальные газеты, сами пали жертвой этого самого заговора.
Заговор молчания
Когда «Протоколы» были опубликованы, люди могли подумать, что заговор раскрыт и кончился. Отнюдь: публичные дебаты вокруг протоколов были немедленно подавлены объявлением, что это будто, бы всё антисемитизм и подделка. Следуя рецептам «Протоколов», заговорщики снова доказали, что они полностью контролируют ситуацию. С этого времени ни один журналист или государственный деятель не отважился цитировать наиболее важный документ нашего столетия, который является наглядным подтверждением нашей катастрофы.
В заговоре нет необходимости, коли все публичные обсуждения запрещены. Вот в чём дело.
Известный человек Лорд Сиденгам осмелился выступить против замалчивания. Источник «Протоколов», — заявил он, — «к делу не относится. Принципиально важно что достигнутые результаты вытекали из поставленных в «Протокола» задач». Цитируя О’Генри, можно было сказать, что: «Это еще цветочки».
Лорд Сиденгам скоропостижно скончался вскорости после своего выступления. Как он и полагал источник протоколов абсолютно не имеет значения. Имеет значение факт, что кто-то, один или несколько человек, знают наперёд, что случиться в новом столетии и более того, знают каким образом это случиться! Эти люди определённо знали наперёд о Большевистской Революции в России.
Задолго до Большевистской революции, (к полной неизвестности для американского народа) Америка подготавливала и финансировала эту революцию в России. Впервые это выплыло наружу когда в 1917 году, во время вступления Америки в Первую Мировую Войну, Президент Вудро Вильсон приветствовал «чудесные и согревающие душу изменения происходящие в России», и на следующий день подписал кредиты на сумму в 325 млн. долларов.
Денег навалом
Начало было положено. Без Американских денег не было бы ни Коммунистической Революции в России и ни миллионов километров колючей проволоки, огораживающей концентрационные лагеря начиная с 1917 года и кончая сегодняшним днём.
Ещё находясь в Европе, Ленин писал Анжелике Балабановой, тогда секретарю Стокгольмского отделения Интернационала: «Тратьте деньги миллионами, десятками миллионов если необходимо: у нас достаточно денег в нашем распоряжении».
Американские деньги и благосостояние в любой форме продолжают быть доступными для заговорщиков и в настоящее время. Рузвельт, Трумэн, Джонсон, Никсон – все они продолжали снабжать заговорщиков деньгами. Эта политика началась с одного незаметного человека в бытность президента Вильсона. Этот человек, находясь за кулисами, превратил Америку в игрушку находящихся за кулисами заговорщиков.
Он является одним из злых гениев 20 столетия. Его имя Эдвард Мандел Хаус, себя он предпочитал называть – Полковник Хаус, несмотря на то что он никогда не был военным. Его необычное второе имя – Мандел, не исключено, имеет какое то специальное значение в кругу его собратьев-заговорщиков. Этот незаметный Мистер Хаус ещё задолго до революции в России был её создателем в Америке. Именно он сделал так что его шестёрка Вудро Вильсон стал президентом в 1912 году. Мистер Вильсон был первым американским президентом марионеткой, которые делают так, как им указывают. То что Вильсон поддержал и приветствовал революцию в России – это то действие по указке, равно как и две другие победы заговорщиков: введение подоходного налога и учреждение частного неподотчётного американцам Федерального Резервного Банка.
Историки обязаны Мистеру Хаусу за исчерпывающую картину заговора, описанную им в повести «Филип Дрю, Администратор». Хаус выпустил книгу анонимно, но после, признал своё авторство. В повести он описывает как заговорщики с помощью обмана добиваются избрания президентом Америки простую пешку.
Президентский советник
Главный персонаж книги (очевидно сам мистер Хаус), организует поддержку группы богатых людей при выборе кандидата в президенты и приглашает потенциального кандидата «в свои апартаменты в Доме Мандела».Кандидат, проходящий под именем Рокланд, инструктируется никогда не идти против совета его спонсоров. Здесь мы видим антиконституционное зарождение института советников, которые будут диктовать политику на протяжении всех последующих президентов. Наиболее пресловутым среди всех советников был Бернард Барух, также участвующий в повести как один из горячих спонсоров будущего президента. Мистер Барух имел неофициальный титул «Советник шести президентов». Про него говорили, что президенты приходят и уходят, а мистер Барух остаётся. Мистер Барух был фанатическим адвокатом единого мирового правительства, Этому именно ему Америка обязана своим катастрофическим курсом, который для нормального американца казался какой-то мистикой и загадкой.
Но мистер Барух оказался ещё и бессмертным. Он воспитал шесть своих учеников строго следовать политике ведущей к созданию единого мирового правительства. Широкие массы руководимые управляемой прессой горячо рукоплескали советнику шести президентов.
«Филип Дрю» — это захватывающее зрелище для человека, изучающего историю мировой конспирации. «Рокланд», президент по повести, признает, что в паре случаев он пытался действовать по своему усмотрению, за что всегда был строго наказан.
Президент Вильсон, видимо читал эту книгу и если бы он был способен чувствовать унижение, он должен был бы впасть в депрессию. Вильсон же постепенно впал в старческий маразм, и его потихоньку изолировали с его второй женой, которая фактически и была настоящим президентом.
Одна интересная деталь упоминается в повести. Оказывается, заговорщикам в начале века уже было известно существование прослушивания телефонных разговоров. Машина для прослушивания телефонных разговоров употребляется в книге для контроля президента. Интересно что через 60 лет Президент Никсон будет удалён из Белого Дома именно с помощью подслушивающих аппаратов. Весьма любопытно, что Бернард Барух имел ещё другую кличку — «Советника Бульварной Скамейки», в связи с тем, что имел обыкновение обсуждать государственные вопросы прогуливаясь по бульвару. Видимо, Бернард Барух имел веские основания для приобретения этой привычки. Простаки относили эту привычку к демократичности Бернарда Баруха. К тому времени, как Вудро Вильсон умер, американцев уже тошнило от одного упоминания о «Лиге Наций» и её предшественнице — «Лиге по обеспечению Мира». Это всё были пробы первого мирового правительства. Всё-таки мир обязан Америке за этот период, когда рядовые американцы не позволили Америке войти в Лигу Наций, и тем самым, обрекли на провал первое мировое правительство. После президента Вильсона были Гардинг, Кулидж и Гувер, которые в связях порочащих их замечены не были. Но затем явился Мистер Рузвельт, который сразу после назначения кандидатом полетел к Мистеру Хаусу в Массачуссетс, где он, очевидно, получил те же самые инструкции, как себя вести по отношению к спонсорам, какие получал главный герой Рокланд в книге про «Филлипа Дрю». Уже в 1950 году Мистер Хаус всё ещё сообщал своему биографу, что он ещё находится весьма близко к процессу принятия решений, хотя мало кто может это заподозрить. Мистер Хаус во второй раз был вхож в круги назначившие президентом Рузвельта, и Рузвельт предоставил ему свободу действий в определении внешней политики Департаментом Государственного Секретаря, вспоминает сам Мистер Хаус.
Таким было зловещее спонсорство наиболее зловещего президентства.
Эра Рузвельта
Затем последовали катастрофические 14 лет правления президента Рузвельта. Инструкции данные Мистером Хаусом президенту Рузвельту стали ясны сразу по вступлении Рузвельта в должность. Он сразу наладил дипломатические отношения с Советской Сионисткой Диктатурой и возобновил финансирование Советского режима, которое начал ещё Вильсон. Это продолжалось все 14 лет и сопровождалось инфильтрацией сионистскими агентами на всех уровнях президентской администрации. Когда раскаявшийся сионист информировал Рузвельта о наличии на ответственном посту в его администрации сионистского агента, Рузвельт ответил: «теперь повеситься, что ли?». Предатель, которого выгораживал Рузвельт, был Алджерон Гисс, который несёт ответственность за то что на Ялтинской конференции он организовал передачу половины Европы в руки Советской Администрации, находившейся в то время в руках у сионистов. Кроме того Алджерон Гисс был ответственен за создание Организации Объединённых Наций этой второй попытки единого мирового правительства.
При президенте Рузвельте заговор распространил свои щупальца во все сферы американской политики. Руководство прессой и другими органами массовой дезинформации подвергло массы в состоянии полного отупения, которое ещё «Протоколами» было признано лучшим состоянием способствующим осуществлению Великого Плана. Два десятка лет этой обработки привели к тому что к моменту организации ООН рядовые американцы уже не смогли оказать никакого сопротивления. Теперь люди за кулисами работали не покладая рук для того, чтобы построить на послевоенных руинах прочный фундамент всемирной диктатуры. «Полковник» Хаус умер после Второй Мировой Войны. Теперь мистер Барух занял место главного закулисного манипулятора. В отличие от строго засекреченного Хауса, мистер Барух был широко известен и обласкан прессой. Особенно людям нравилось, что мистер Барух человек из их среды, поскольку часто прогуливается по бульвару. Им было невдомёк истинные причины этого демократического поведения.
Вполне возможно что мистер Рузвельт где-то догадывался, что его используют для разрушения своей собственной страны. М-р. Шервуд, биограф Рузвельта вспоминает, что когда Рузвельт должен был процитировать слова Черчилля о том что «Соединённые Штаты находятся теперь на вершине силы и славы», — Рузвельт добавил, — «хотя мы идём в направлении пропасти».
Это выглядит как обмолвка человека который долгое время был лакеем мирового заговора. Это признание прошло незамеченным общественностью, так как людей на этом не акцентировали.
Когда Гитлера спровоцировали напасть на Советский Союз и Россия оказалась союзником Соединённых Штатов, влияние мистера Баруха возросло ещё в большей степени. Он настаивал, что на период войны необходимо единоначалие, а не руководство различными комитетами. Во время Первой Мировой Войны именно он, руководя «Комиссией Советников по вопросам Обороны» США, был таким единоначальником. Комитет по расследованию при Конгрессе США сказал по поводу этой «Комиссии Советников»: «Она являлась секретным правительством Соединённых Штатов… Она контролировала всё военное снабжение, цензуру… и являлась автором всех мер которые потом были утверждены Конгрессом, при этом всё это проводилось за закрытыми дверями и самое изумительное, что это всё происходило задолго до официального объявления войны Германии».
Первая Мировая Война закончилась прежде, чем мистер Барух показал всё, что он припас для американской публики. В 1935 году он сказал: «Если бы война продлилась на год дольше, то всё население Соединенных Штатов было бы переодето в дешёвую и однообразную форму, где только размеры ботинок могут отличаться»
В этих словах мистер Барух открыл своё видение будущего Америки, когда безликая толпа, имеющая право только на личный номер и хлебные карточки, будет беспрекословно выполнять что им приказано.
Сам мистер Барух не был назначен единоличным руководителем, когда был организован главный руководящий орган США во Второй Мировой Войне — Комитет по Военной Продукции. Однако, человек назначенный на эту должность — Гарри Гопкинс был человеком Бернарда Баруха. И сам Бернард Барух не смог бы на этом посту причинить столько вреда для Америки, сколько принёс его Гарри Гопкинс.
Президентский уполномоченный
Мне неизвестен ни один указ предоставляющий Гарри Гопкинсу чрезвычайные полномочия. Скорее всего, Рузвельт, который любил корчить из себя простого парня, просто сказал ему: «Давай, валяй, Гарри». Во всяком случае ясно, что Гопкинс был человеком заговора и только именно эта рекомендация привела его в Белый Дом. Даже Черчилля поразило хвастовство этого практически необразованного уполномоченного когда он хвастал: «Ни один высокопоставленный иностранец не приезжает в Америку, не планируя аудиенции со мной».
Раньше было традицией выдвигать людей, которые достигли высоких постов своим упорным трудом и квалификацией. Мистер Гопкинс не имел этих преимуществ. Как и Генри Киссинджер, 30 годами позже, Гопкинс был практически неизвестен, когда он начал хозяйничать в дипломатии как слон в посудной лавке. Он начинал в клике певца Карузо, затем ошивался в еврейском районе Нью-Йорка Ист Сайд. Знавшие его описывают его так: «Напряжённый, язвенный, всё время на нервах, курит одна за другой и постоянно пьёт чёрный кофе».
«Именно этот человек», — говорит мистер Шервуд, — «был фаворитом Рузвельта во всех делах».
До 1937 года Гопкинс был никем, но при Рузвельте он стал глобальным политиком и человеком распределяющим миллиарды. И американский конгресс и американский народ уже были в это время одурачены президентом и коррумпированной прессой, верили в то, что всё прекрасно и замечательно. Но иногда бывало кто-то задавал вопросы по поводу бесконтрольной передачи средств. Это всегда изрядно раздражало мистера Гопкинса.
«Соединённые Штаты не будут делать вещи, не имея полной информации обо всём», — говорил Гопкинс. «Решение действовать было предпринято ввиду наличия полной информации, но некоторые группы постоянно возвращают вопрос на повторную дискуссию. Я предлагаю больше не останавливаться на этом вопросе», — таким образом говаривал Гарри Гопкинс из пресловутого Ист Сайда, и смотрите… — всё получалось так как он хотел!
Заговор прочно оплёл Америку к концу войны. Ялтинская конференция с исторической точки зрения означала конец Американской Республики, какой она виделась Джорджу Вашингтону и полный крах Британской Империи. Мистер Рузвельт и его бессменный фаворит Гопкинс возвратились домой умирать. Эти два человека сделали больше, чтобы разрушить западную цивилизацию, чем любое возможное вторжение варваров.
Войны без трофеев
Рузвельта сменил его вице-президент мистер Гарри Трумэн. Трумэн был с юга, из Миссури. Он очень скоро показал, что собирается следовать неуклонно единственно верным курсом Вильсона-Рузвельта, то бишь, Хауза-Баруха. Переизбранный в 1948 году, он объявил войну Корее. Первоначально люди ободрились, думая что Америка действительно хочет помочь хоть какой-то стране, попавшей под гнёт коммунистического ига и исправить ошибки Второй Мировой Войны. Австралия, Англия, Канада и Южная Африка послали свои войска помочь Америке. Всё это был обман. Когда американский главнокомандующий генерал Макартур перешел в наступление, Трумэн уволил главнокомандующего. Затем Корею разделили и все остались при своих. Эта была первая из безтрофейных войн — американские войска должны были драться с противником, вооружённым до зубов многоуважаемым мистером Гопкинсом.
В это время стало известно, что Алджерон Гис является шпионом. Канадское правительство опубликовало полный список агентуры, просочившейся в правительственные органы. Английские предатели тоже стали известны. Поэтому ясно было желание американского народа очистить и американское правительство от шпионов. Но в решающий момент мистер Трумэн не стал этого делать, и Америка продолжила скользить навстречу пропасти.
В 1952 году Трумена сменил генерал Эйзенхауэр. В прошлом абсолютно неизвестный армейский офицер, который перепрыгнул через многих более заслуженных генералов, когда его назначили Верховным Главнокомандующим в 1944 году, Эйзенхауэр тогда использовал свою власть для того, чтобы отвергнуть план английского генерала Монтгомери укоротить войну прямым ударом на Берлин.
Эксперимент по созданию Всемирного Суперправительства
Исторически генерал Эйзенхауэр должен видеться как сознательный агент всемирного заговора. Он не мог не знать о последствиях своих поступков. Он даже был действительным членом невидимой организации называемой «Консультативный Комитет по Иностранным Отношениям». (СиЭфАр). Эта частная организация была организована в 1921 году на деньги очень богатых людей, участвующих во всемирном заговоре. Эта организация формально разрабатывает для заговорщиков политическую стратегию и тактику.
Генерал Эйзенхауэр начал своё президентство с уже обязательного выражения повиновения мистеру Баруху. Биограф Эйзенхауэра пишет, что он лично суммировал все рекомендации которые мистер Барух сделал для новой администрации. Эйзенхауэр быстро подтвердил свое раболепие, сказав на митинге в Лос-Анджелесе: «Я верю, что Берни Барух, если бы он был сегодня с нами, подписался бы подо всем сказанным сегодня мной".
Когда кончилась Вторая Мировая Война Баруху стукнуло 75 лет, однако его кипучая деятельность не ослабевала. Две атомные бомбы, сброшенные не без его участия, подвигли его ещё на более великие дела. Барух воспользовавшись всемирной паникой, вызванной взрывом двух атомных бомб, предложил себя в качестве начальника Комиссии по Атомной Энергии ООН, которую он сам же и предложил организовать.
Президент Трумэн тут же назначил Баруха представителем США в ООН в марте 1946 года. «Атомный план Баруха вырабатывался на бульварной скамеечке вместе со старым подельником ещё со времён Мирной Конференции 1919 года, мистером Фердинандом Эберштадтом. В те дни господа Хаус и Барух работали не покладая рук для того, чтобы пропихнуть «Лигу для Обеспечения Мира». Но тогда ещё существовали ответственные государственные деятели, которые заблокировали эту Лигу. Тем не менее конспираторы работали весь межвоенный промежуток времени с 1918-1939 год. Их целью было внедрить мысль, что верховное мировое правительство должно иметь в своём распоряжении вооружённые силы для того, чтобы обеспечить необходимое сотрудничество.
Барух представил свой «бульварный» план в Комиссию по Атомной Энергии ООН в июне 1946 года. Он начал в духе древнееврейского пророка: «Мы должны выбрать или мир, или разрушение мира. Атомная энергия должна использоваться в мирных целях и ни в коем случае не в военных. С этой целью необходимо разработать быструю систему наказаний стран, не выполняющих свои обязательства».
Таким образом, идея «Лиги по Обеспечению Мира» снова выплыла на поверхность. Опять они начал муссировать идею центрального наднационального аппарата, обладающего всем необходимым для того, чтобы навести порядок в мире. Центральным предложением Баруха было создание Международного Суда (который потом и создали), постоянного характера и обладающего правом наложить наказание. Барух предложил в качестве основы взять опыт работы Нюренбергского Трибунала. А в заключение Барух предложил создать пост руководителя надзирающего за применением атомной энергии в мире. «Немедленное наказание должно было накладываться руководителем по атомной энергии на страны, работающими над созданием атомной бомбы».
Даже умудрённые конспираторы в составе западных делегаций усмехнулись над этими тоталитарными устремлениями, не смотря на то что Трумэн официально объявил что план Баруха одобрен Белым Домом и Государственным департаментом. План Баруха заболтали и положили под сукно до лучших времён – для того, чтобы снова вытащить его на белый свет после Третьей Мировой Войны.
После этого Барух вышел в отставку и возобновил свою привычную деятельность в качестве советника, принося огромный вред своей стране и своим соотечественникам. Он умер в 1965 году.
Между тем, большое количество политических деятелей было выращено в «Консультативном Комитете по Иностранным Отношениям». Все они были воспитаны в духе Хауса-Баруха и привержены идее всемирной диктатуры.
Просвещённый прогрессивизм
С самого начала генерал Эйзенхауэр показал себя достойным продолжателем дела Хауза-Баруха. Хотя формально его сделали президентом от республиканской партии, он ненавидел республиканскую партию, так как в ней оставались ещё здравомыслящие консервативные люди. Эйзенхауэр даже хотел создать свою партию и оставил эту идею только после того, как настоящие лидеры республиканской партии были элиминированы. Сенатор Тафт чрезвычайно скоропостижно умер от рака, а сенатору Маккарти было запрещено заниматься политической деятельностью, после чего его отравили. Эти события оставили Эйзенхауэра у руля консервативной партии.
В это время только в сенаторе Маккарти американцы видели человека ещё способного предотвратить инфильтрацию правительственных органов сионистами и коммунистами. Вследствие этого Эйзенхауэр, оставивший пол-Европы сионистско-коммунистическому заговору, имел особые причины ненавидеть сенатора Маккарти. Продажная пресса развернула охоту на сенатора Маккарти. Кто слышал речи сенатора Маккарти знает, что он не предъявлял необоснованных обвинений. Ему не было необходимости в этом. Кто знаком с делом Алджерона Гисса прекрасно знает, что эти люди настолько уверены в своей безнаказанности, что не считают даже нужным маскировать свою деятельность.
Заговор очевидно продемонстрировал свою силу уничтожением сенатора Маккарти. Сенат запретил сенатору Маккарти заниматься политической деятельностью, а Эйзенхауэр публично поблагодарил председателя сенатского комитета Уоткинса за прекрасно выполненную работу. Когда президент Эйзенхауэр в 1960 году окончил своё президентство он мог с гордостью рапортовать руководителям заговора о большой проделанной работе. В его годы продолжилась инфильтрация правительственных органов сионистско-коммунистическими агентами. Израиль и Советский Союз обзавелись ядерным оружием и вооружились до зубов. Восемь эйзенхауэровских лет показали, что служение всемирному заговору составляет приоритет для американского правительства.
Слияние с коммунизмом
В 1960 году пришёл президент Кеннеди, первый католик президент США и представитель очень богатой семьи из Массачусетса. Его очень быстро убили, но вся его предыдущая карьера показывает, что живи он, мало что изменилось бы. Кто надо пустили слухи, что якобы Москва замешана в этом, так как Кеннеди потребовал вывода советских ракет с Кубы. Эта история усиленно массировалась прессой для того, чтобы отвлечь массы от истинных причин устранения Кеннеди. Естественно, эта версия не принесла доказательств, а между тем, настоящие улики были ликвидированы.
Другим загадочным событием президентства Кеннеди был провал высадки на Кубе плохо организованного отряда кубинских эмигрантов. Дело выглядело так, будто вся эта секретная операция была заложена ещё до её начала. Скорее всего, это произошло на уровне Государственного Департамента или Консультативного Комитета по Иностранным Делам.
Президент Джонсон взял дела в свои руки и до 1968 года ни на шаг не отступал от строгой линии Хауза-Баруха.
Все американские президенты вследствие своей полной подчинённости делу всемирного заговора практически были теневыми фигурами в своей деятельности. Особенно это относится к президенту Джонсону.
В 1968 году вконец очумевшие американцы отдали свои голоса Ричарду Никсону, который победил с большим перевесом. Его победа как раз была связана с тем, что именно конгрессмен Никсон в 1948 году сыграл большую роль в разоблачении шпиона Алджерона Гисса. Ну думали, всё! Пришел, наконец-то, человек, который очистит правительство от скверны. Но это оказалось иллюзией. Никсон оказался ничуть не лучше остальных. Он обещал избирателям очистить государственный аппарат от антиамериканских элементов, но ничего не было сделано. Более того, антиамериканские элементы очистили Белый Дом от самого Никсона. Никсон резко увеличил количество людей в стране сидящих на пособии. Поэтому он решил сделать себе славу в области международных отношений. Он списал с долгов восьми миллиардный (в старых деньгах) долг СССР по ленд-лизу и увеличил ежегодную помощь Израилю с 300 млн. до 3 миллиардов долларов, но это ему не помогло.
Правой рукой Никсона стал Генри Киссинджер, который несмотря на типично американскую фамилию даже плохо говорит по-английски. Внезапное вознесение Генри Киссинджера напомнило мне аналогичное возвышение пресловутого Гарри Гопкинса при президенте Рузвельте. Ситуация же, когда человек отвечающий за международную политику, даже не говорит на родном языке, напомнила мне ситуацию, когда министр иностранных дел СССР Максим Литвинов, он же Воллах, он же Финкельштейн и ещё девять фамилий, прекрасно чувствовал себя в должности, плохо разговаривая на русском языке.
Все свои президентские годы президент Никсон пытался искупить свою вину перед закулисными боссами — участие в разоблачении шпиона Гисса. Всё напрасно, ему этого ему не простили. Это видно было по тому, что пресса постоянно чихвостила Никсона всё его правление пока не добила его окончательно.
Заговор готовился устранить Никсона. Они просто следовали букве «Протоколов» где говорится о том, что для получения контроля над политиком необходимо раскопать тёмную страницу в его прошлом. Теперь наступил черёд Никсона быть козлом отпущения. Если бы Никсон читал книгу полковника Хауса «Филип Дрю», или понимал почему Барни Барух предпочитал обсуждать дела на бульварных скамейках, тогда бы президент Никсон не вляпался бы в эту историю.
В начале второго срока президента Никсона Американская Секретная Служба произвела техническую революцию в Белом Доме: была установлена система мониторов которая круглосуточно записывала всё что происходит в Белом Доме. Это преподносилось как триумф системы безопасности. Но в результате этого любое слово президента оказывалось на магнитофонной ленте. Схема подставки оказалась ясной когда у всех на слуху оказалось слово «Уотергейт». Уотергейт — это название здания где находятся офисы демократической партии. В один прекрасный день один из офисов ограбили. Интересно что практически чуть ли не одновременно с грабежом, напротив появились демонстранты с плакатами, на которых утверждалось, что офисы демократической партии были взломаны по приказу президента. Более того, вскорости после грабежа один из грабителей вернулся на место преступления и —догадайтесь что он принёс с собой? – записную книжку с номером телефона Белого Дома! Слово «Уотергейт» стало нарицательным, и Никсона вымазали им по самые уши.
Наивный Никсон не ожидал, что его будут, как сейчас говорят, мочить. Он отказался предоставить все ленты разговоров в Белом Доме для расследования, считая их своими частными разговорами в кругу семьи. Не тут-то было! Верховный суд США поддержал решение сенатского комитета и пленки изъяли. А их — миллионы километров! Десятки человек были посажены прослушивать плёнки с заданием привязаться к какому-нибудь слову. Кто-то заранее знал, что они обязательно найдут к чему привязаться. Президент со всей очевидностью был окружён шпионами в своём собственном Белом Доме.
Развязка близилась. 23 июня 1972 года плёнка записала, как президентский голос предложил ЦРУ, чтобы ФБР прекратило расследование грабежа. Всё! 23 мая 1973 года президенту уже пришлось делать публичное заявление, что он не использовал ЦРУ для внутри политических целей. Холодок прополз по коже американцев… Президенту шили политику! И это происходило в стране, где два президента просто отказались увольнять шпионов с высокопоставленных постов в Государственном Департаменте! Причем в случае с Трумэном информация была предоставлена лично Канадским премьер-министром!
Между тем, пресса усиленно гнула линию на то, что президент виновен в ужасном преступлении покрывательства грабежа и создании препятствий на пути следствия. В Белом Доме специальные люди нашептывали ему покинуть должность. Общий стресс, созданный для президента Никсона был слишком велик. В конце концов он уже 25 лет пребывал в этом гадюшнике. Его физическое истощение было видно даже на фотографиях.
Методом описанным в «Протоколах» и повести мистера Хауса президент был вышвырнут со своего места. Он был первым американским президентом, подвергнутым публичному унижению.
Заговор одержал очередную победу. Куда после этого может дернуться американский президент?
Власть денег
Вице-президент Джеральд Форд заступил на место Никсона. Заметьте, что Джеральд Форд был не выбранный, а назначенный вице-президент! Спиро Агню, действующего вице-президента Никсона, перед этим быстро задвинули куда-то в суматохе.
Мистер Форд не стал никого из себя корёжить и быстренько назначил вице-президентом Нельсона Рокфеллера. Мистер Рокфеллер, член просто астрономически богатой семьи, или лучше сказать династии, чьи интересы носят глобальный характер. Конспираторы в повести полковника Хауса, кстати, тоже принадлежат к числу очень богатых людей. Огромные богатства, накопленные небольшой группой людей за минувшее столетие были положены на службу революции и всемирной диктатуры.
Все эти огромные состояния, однако прикрывают свои истинные цели различными гуманитарными лозунгами, скрываясь за вывесками различных гуманитарных фондов. Они очень удобно разработали специальный закон, защищающий эти фонды от подоходного налогообложения, которому подвержены все остальные граждане с лёгкой руки небезызвестного президента Вильсона.
Вследствие этого, эти люди и богаты, потому что любой был бы богат, если бы имел возможность создать Гуманитарный Фонд и не платить налоги. Поэтому-то эти люди и в состоянии содержать невидимое правительство, и в частности, пресловутый Консультативный Комитет по Иностранным Отношениям. Поэтому-то у этих людей никогда не переводятся деньги, чтобы рулить мир в сторону Единого Мирового Суперправительства.
Профессор Карол Квигли в 1966 году написал классический, уже можно сказать, трактат на 1500 страниц под названием «Трагедия и Надежда». В этой книге он подробно, шаг за шагом описывает, как на протяжении всего ХХ-го столетия финансовый капитал осуществляет власть в этом мире. Как они все стремятся к установлению всемирной диктатуры. Они только могут иметь мелкие взаимные разногласия, но они никогда не отступают от единой цели. Книгу, кстати, моментально изъяли из обращения на долгие годы.
Другой въедливый автор, Гарри Аллен, в книге «Консультативный Комитет по Иностранным отношениям — это заговор вершить миром!» говорит: «Международные банкиры поддерживают идею единого мирового Суперправительства, поскольку манипулирование деньгами требует дисциплины и однообразия. Диктатура требует денег — и деньги требуют диктатуру!»
(Нынешняя история с введением единой валюты Евро является ещё одним успешно преодолённым этапом на пути построения всемирной Супердиктатуры. — перев.)

ЧАСТЬ ВТОРАЯ
АНГЛОЯЗЫЧНЫЕ СТРАНЫ
В начале книги я уже цитировал героиню Соммерсета Моэма. Как она собиралась в 1930 году видеть США богатейшей и величайшей страной мира. В тоже самое время известный английский драматург Ноэль Коворд накропал патриотическую драму об Англии под названием «Кавалькада». Эта драма тоже заканчивается патетическими словами, когда героиня поднимает тост за возрождение и процветание Британской империи. Однако все надежды к лучшему Моэмовской Изабеллы и Ковордской Джейн были обречены на провал. Англия со своей стороны также была опутана сетями заговора и её лидеры служили заговору не менее раболепно.
Несчастья американской республики, начиная с того момента как Хаус-Барух и сотоварищи посадили Мистера Вильсона работать на Суперправительство, несомненно отразились на странах по ту сторону Атлантики.
Парадоксальный человек Черчилль
Мистер Черчилль однажды во время Второй Мировой Войны выразился таким образом, что Англия и Америка «видимо во что-то наконец вляпаются», и добавил, что он не может остановить этот процесс даже если бы и хотел. На самом деле он приветствовал этот процесс.
Он был человеком случайных и странных парадоксов. Патриот из патриотов, он никогда не пояснил это своё утверждение, которое для многих англичан, а так же может быть и американцев, осталось необъяснённым и с нехорошим осадком. Когда Черчилль сделал это своё замечание, Америка уже была схвачена за горло. Казалось бы, что Черчиллю надо было бы держаться подальше.
Странно, но мистер Черчилль так же был горячим поклонником мистера Баруха. Это было ещё с того времени, когда мистер Барух пытался на Версальской мирной конференции в 1919 году организовать «Лигу по Обеспечению Мира», эту первую попытку установить мировое правление. Эта попытка была сорвана усилиями тогдашнего Государственного Секретаря США Роберта Лансинга. Лансинг ясно усматривал в этом желание вовлечь всех в войну во имя мира. Лансинга вскоре убрали — возможно, он был первым из грядущей череды жертв всемирного заговора.
Показательный случай в жизни мистера Черчилля произошел, когда он получил предсмертное письмо от президента Рузвельта, просившего его «как можно скорее видеть мистера Баруха». Черчилль ответил: «Берни — мой старый друг и я уже отбил ему телеграмму, чтобы сказать ему как я рад его приезду в Англию, потому что он очень мудрый человек».
Черчилль и Барух подолгу беседовали в тот приезд. Очевидно они, в числе других, обсуждали ядерную атаку на Хиросиму и Нагасаки. И, видимо, Барух влез на свой любимый конёк по созданию международного агентства по контролю над ядерной энергией с диктаторскими полномочиями, где ему, естественно, отводилась главная роль. История не указывает, что Черчилль думал об этом Баруховском плане, поскольку, план, очевидно, означал упразднение Британской Империи, где мистеру Черчиллю уже не будет места первого министра её высочества и всех её королевских владений.
Глобальный заговор
Распад Британской Империи наступил прежде смерти Черчилля. Внутреннее отношение Черчилля к нарождающемуся мировому правительству остаётся непонятным. В 1920 годах революция в России и её авторы были предметом оживлённой политической дискуссии. Тогда ещё это было возможно. И вот в это время появляется статья Черчилля в Иллюстрейтид Сандей Геральд. Заголовок статьи наглядно показывал, что Черчилль был в курсе дела. Статья называлась «Большевизм и Сионизм». В статье автор показывал что Большевизм и Сионизм — просто два течения внутри иудейской мысли. Когда в 1953 году у Черчилля попросили разрешения переиздать статью, тот отказал.
Очевидно, что Берни, «очень мудрый человек», статью бы явно не одобрил. Потому что по Берниным понятиям то единое мировое правительство, которое он строил, было продолжением этой революции.
В конце XIX века, когда величие Британской империи находилось в зените, как показывают сегодняшние данные, заговор уже пророс её тело. Конспираторы уже не были тёмными личностями плаща и кинжала, как это было в эпоху Французской революции. Люди принадлежащие к заговору уже были влиятельными и широко известными личностями, то есть также как это было и в Америке.
Новый империализм
Имя этого человека впервые выплывает в истории заговора в Англии. Это был человек с фамилией Джон Раскин, и его идеи явно родились не на пустом месте. Он был именно тем, про кого говорят, что зло причиненное ими переживёт их надолго. Он был глубоко тронут тем фактом, что существовал большой контраст между богатством викторианской Англии и бедностью народных масс. В это время Джон Раскин был известным адвокатом народных масс.
Жизнь Раскина закончилась в сумасшедшем доме, как и у многих людей, начинающих причислять себя к лику святых. «Новый Империализм» Джона Раскина был основан на аристократических студенческих понятиях, приобретенных в Оксфорде. Студентов, в то время, в основном заботило то, как привилегированная жизнь может быть сохранена при народном правительстве.
Раскинские идеи оказали большое влияние на Сесиля Родса. А Сесиль Родс был просто баснословно богатый человек, занимавшийся добычей золота и алмазов в стране, которая сейчас носит его имя — в Родезии. Характерно, что именно сейчас эта маленькая страна на юге Африки ведет безуспешную борьбу против объединённых сил стран, уже давно выполняющих волю мировых заговорщиков. Сейчас биографы Родса спорят, что он хотел: сделать Африку коммунистической или поставить единое мировое правительство? Послушаем самого Родса: «...усиление Британской Империи до той степени, когда никто не будет способен оказать ей сопротивление. Тогда войны станут невозможными и наступит эпоха мира».
Пропагандисты всемирной диктатуры всегда выдвигают на первое место идею всеобщего мира, который, дескать, можно достичь только вот такими методами.
Родс умер в 1902 году и что известно достоверно, что он приложил огромные деньги к тому чтобы мировой заговор пустил прочные корни в Англии и Америке.
Стипендия имени Сесиля Родса
В своём завещании Сесиль Родс поручил выдавать стипендию его имени тем деятелям, которые будут наилучшем образом способствовать целям, которые оставил Родс, то есть установлению единого Супергосударства. Эта стипендия выдаётся и сейчас, через сто лет.
В 1891 году вместе со своим дружком Вильямом Стедом Родс организует секретное общество. Сам он стал руководителем, а Стед, Лорд Ешер и Сэр Джон Милнер (позднее комиссар Британской империи в Южной Африке) членами исполнительного комитета. Во внутренний круг входили Лорд Бальфур, Лорд Ротшильд, Сэр Гарри Джонсон и другие известные персонажи. Кроме того, существовал внешний круг состоящий из рядовых членов. Организация довольно близко смахивала на масонские организации и на Иллюминатов Вейсгаупта.
Если целью Родса было всемирное превосходство Британской Империи, то Родс напрасно выбросил свои деньги. Но если основной целью Родса было установление Всемирного Супергосударства, то сейчас эта цель уже близка к завершению.
Родс оставил после себя целый круг довольно известных деятелей, которым было достаточно уютно в обществе идей щедрого магната.
После Родса лидером его организации, которая называлась «Обществом Круглого Стола», стал Лорд Милнер. Когда я пришёл в газету «Таймс» в 1921 году, мне стало известно о существовании мафии, которая носила название «Ребята Лорда Милнера». Тогда я не придавал этому значения, и только теперь я знаю насколько подобные «ребята» держат мир в своих руках. Один из этих «ребят» был Мистер Джеффри Доусон, тогдашний редактор «Таймс».
Другим посвященным был Мистер Филип Керр, который был на многих руководящих постах в Южной Африке и стал как и Лорд Лотян послом в Вашингтоне. Ещё одним посвящённым был Мистер Лайонел Кёртис, который принял руководство когда умер Лорд Милнер. Все они имели разные вариации вокруг единой идеи. Лорд Лотян, например, хотел построить царство божие на земле, разумеется, под чутким руководством англоязычных стран. «Полковник» Хаус по ту сторону океана тоже говорил о солидарности Англо-Саксонской нации, которая происходит от десяти потерянных колен израилевых (то есть англичане, якобы иудеи).
По обе стороны Атлантики заговор с самого начала состоял из очень богатых людей. В Южной Африке — это Родс и Лорд Ротшильд, Сэр Абе Бейли и Альфред Бейт, в Америке это Морган, Рокфеллер, Карнеги и множество других.
Меня всегда мучил вопрос — а рассматривают ли в своих планах все эти вершители человеческих судеб такой простой фактор как человеческое страдание? Я думаю, что нет. Лес рубят — щепки летят.
Институты Иностранных Дел
Большие люди, как правило не сходились во мнении по поводу того, какие окончательные формы будет иметь единая мировая империя. Апатичный и шепелявящий мистер Бальфур, например считал, что мировое правительство должно быть еврейским. Отсюда проистекает знаменитая декларация Бальфура 1917 года об образовании Палестинской Автономии для евреев, под английским протекторатом. Примечательно что эта декларация формально является письмом к Ротшильду. А, например, «полковник» Хаус говорил о социализме каким его видел Карл Маркс как об образце для мирового правительства.
Где-то, начиная перед Первой Мировой войной, и после, заговоры Родса и Хауса стали сливаться. Уже перед Первой мировой войной заговорщики были заняты подготовкой послевоенного установления Супергосударства.
Конспираторы одного мира моментально регруппировались после провала «Лиги по обеспечению мира» и тут же начали подготовку к новой мировой войны. Мистер Лайонел Кёртис был занят реконструкцией «Общества Круглого Стола» и учреждением «крыш», или как раньше говорили, вывесок для различных организаций представляющих заговорщиков.
В Англии был организован Королевский Институт по Международным Делам, который вобрал в себя бывшее «Общество Круглого Стола». В Америке установки «полковника» Хауса «об широком внедрении обмана относительно реальных целей» получило реальное воплощение в учреждении Консультативного Комитета по Иностранным Отношениям ( СиЭфАр). На последующие 50 лет СиЭфАр стало невидимым правительством Соединённых Штатов. Этот консультативный комитет взял на себя подготовку специалистов для правительства США а также и прямую разработку политики Соединённых Штатов. Консультативный Комитет по Иностранным Делам стал любимцем ведущих банковских династий, и его членами являются более 140 членов из числа лидеров финансовых. промышленных и образовательных учреждений.
За внешнюю политику США отвечает Государственный секретарь. Эта должность закреплена за человеком из Консультативного Комитета. Отсюда и вся американская политика. Наиболее ярким примеров выпускников СиЭфАр являются Гарри Гопкинс и Генри Киссинджер. Простые люди дорого заплатили за «образование» полученное Гопкинсом и Киссинджером в этом комитете. Понял ли читатель при этом, что на самом деле Консультативный Комитет по Иностранным Отношениям это частная фирма?
Как Вы думаете, насколько старо выражение «поджигатель войны»? Все 20-е годы пресса визжала об опасности поджигателей войны, чтобы затянуть все страны в Лигу Наций.
Ясно, что идеальный мировой порядок будет глобальным концлагерем и я не вижу другого объяснения мотивам этих торговцев смерти, как только завораживающее притягивание их финального приза. Глобалисты метят на монопольный контроль над ресурсами и благосостоянием. Они как никто другой знают, что тотальный контроль не может быть куплен с помощью денег. Только тотальное мировое правительство может обеспечить тотальную власть. В этой утопии человек будет ничто. Ещё Карл Маркс обещал рай в том же стиле.
Профессор Квигли в своём труде «Трагедия и Надежда» пишет, что «Уже в течении поколений существует международная разветвленная сеть организаций «круглого стола», при этом они не испытывают отвращения кооперировать с различными, даже нелегальными организациями».
СиЭфАр подготовило Вторую Мировую Войну, и когда она пришла, эти люди смогли продемонстрировать «неподдельное» изумление.
Когда война шла, СиЭфАр было по уши в работе. Через Комитет Советников по Послевоенной Политике, полностью укомплектованный членами СиЭфАр, они разрабатывали основы Единого Правительства, которое должно было явится из горнила Второй Мировой.
Именно этот Комитет Советников по Послевоенной Политике США выработал основы ООН как краеугольного камня Всемирного Супергосударства. И на учредительной конференции ООН в Сан-Франциско в 1945 году человек, осужденный в последующем как шпион, Алджерон Гисс, стал ее первым Генеральным Секретарем!
Издалека и широка
Когда Вторая Мировая Война кончилась я, как и многие английские писатели, покинули удушающий политический климат послевоенной Англии, где социалисты, как грифы, ждали, когда же Британская Империя испустит свой последний вздох.
В своём маленьком масштабе я тоже был вроде как жертвой всемирного заговора. Перед Второй Мировой Войной я опубликовал книгу, в которой предсказывал её неотвратимое начало, и поскольку она действительно наступила, меня провозгласили человеком обладающим блестящим даром предвидения. Однако моя слава длилась всего мгновение. Когда я увидел, что война воюется только на благо мирового сионизма, и написал об этом, меня тут же заклеймили как фашиста и я обнаружил себя в чёрных списках у всех редакторов.
Таким образом, после того как я потерял работу я уехал в Южную Африку без всяких иллюзий. В течении последующих 30 лет поток анонимных писем и газетных статей против меня продолжался и продолжается до сих пор. Скромный труженик, я вдруг обнаружил что Всемирный Заговор не забыл мне ничего, их прихвостни изображали меня как отвратительного реакционера. Находясь под их неусыпным вниманием, я, тем не менее, обнаружил самое худшее: что они так же как и между Первой и Второй Мировыми войнами, готовят Третью Мировую Войну. Эта Третья Мировая Война рассчитана опять на торжество Всемирного Супергосударства.
После двух лет в Южной Африке я уехал в Америку и находился там как раз в то время, когда отвратительный Алджерон Гисс был обвинен в шпионаже и посажен в тюрьму. Я имел возможность непосредственно наблюдать как много у Алджерона Гисса влиятельных и могущественных защитников. Бесчисленное количество друзей защищало его и покрывало его преступления. Я видел как человек осмелившийся свидетельствовать против Алджерона Гисса моментально стал нищим и скоропостижно умер, другие живут в страхе. Я видел как вдова Рузвельта, эта «Пассионария» Мирового Заговора, издевательски называла в суде обвинителя Алджерона Гисса — подсудимым.
Я чувствовал своим журналистским нутром, что Америка, какой мы её знали, не может протянуть долго. Она вся прогнила изнутри. Я обнаружил, что я нахожусь в опасности даже в Южной Африке и более того: моя жена и мои дети тоже.
Я обнаружил, что президент Трумэн перепрыгнув с вице-президентского кресла в президентское, имеет конкретные виды на Южную Африку, хотя он никогда там не был и понятия не имеет об этой стране. Южная Африка тоже становилась небезопасным местом.
Очень скоро Мистер Трумэн показал на кого он в действительности работает. Ведь он вообще не выезжал из Америки до того как стать президентом. Он был типичным продуктом американской политической машины, которая делала президентов в соответствии с принципами Хауса-Баруха.
Мистер Трумэн, а скорее всего кто-то под его именем, произвёл на свет обширную программу широких преобразований в послевоенном мире. Четвёртый пункт относился к Южной Африке. Там он предлагал строительство шоссейных и железных дорог, портов и аэропортов и много всего другого. Очевидно, сам он не был специалистом в этой области. Кто-то говорил за него на самом деле.
Одновременно коммунистический лидер Америки, которым был тогда Ёрл Браудер, тоже выскочил с программой коренных преобразований в Африке. При этом программы Трумэна и Браудера интересным образом совпадали.
Ни Америка, ни Советский Союз никогда не имели колоний в Африке. Теперь же они предлагали коренные перемены со своим активным участием. Холодок прополз по моей коже.
Я написал книгу о моих встречах в Америке под названием «Издалека и широка». Это была последняя книга, которую мне было разрешено опубликовать в Англии. Книга приобрела интересную особенность моментально пропадать с полок библиотек. Библиотекари говорили мне, что они знают об этом, но не могут поймать воров за руку. Сионисты методически крадут из библиотек книги, публикацию которых они не могут предотвратить
Америка и СССР в Африке
Параллелизм Американской и Советской политики под мудрым руководством СиЭфАр был наглядно показан опубликованием обоих планов. Две супердержавы единодушно сходились в том, что для того чтобы произвести коренные преобразования, необходимо сначала выпереть все старые колониальные страны из Африки. СССР громогласно поклялся сделать это. Америка грозилась этому противодействовать, но на практике всячески этому способствовала.
Рузвельт защищал шпионов, Трумэн выпер главнокомандующего который чуть не выиграл войну с Кореей. Вообщем, игра, как в картах, продолжалась, вроде всем доступная для обозрения, но мало кому понятная.
Президент Трумэн посылает своего эмиссара в Южную Африку. Тот приезжает, и публично объявляет что «Южная Африка должна быть поставлена на колени». На этом месте все просто замерли. Стало очевидным, что Америка от Африки не отвяжется.
Следуя Мистеру Трумэну каждый журналист, каждый начинающий политик считал своим долгом вымазать грязью белое меньшинство в Африке, и это продолжается до сих пор по нарастающей.
Эта компания «Покончить с Белым Человеком» стала очень популярна среди политиков во всём мире. Стало удобнее чем разгребать неразрешимые внутренние проблемы, указывать корявым пальцем на далёкие страны.
План для Африки
Африка тогда была континентом, где был порядок. Никто не голодал и никто не воевал. Англия, Франция, Бельгия и Португалия давно всё поделили. Было покончено с высокой детской смертностью, инфекционными заболеваниями, работорговлей и голодом. Уже в 19 веке в результате этих перемен в Африке численность населения резко выросла. Но по новому плану всё это должно было пойти прахом. Америка и СССР договорились начать все сначала.
В Америке все вдруг озаботились судьбой негров. В результате этого очень скоро негры стали вспоминать старое, колониальное время как золотой век, когда они могли даже своего вождя или шамана племени потащить в суд по любому поводу.
В Америке все политики увидели в Антибелой Кампании выигрышный козырь. Английский историк Маколей мог бы с гораздо большим основанием сказать об Америке, чем об Англии: «Нет зрелища более смешного, чем толпа в порыве читать нотации». Младший брат президента Кеннеди — Роберт, вместе со своей женой приехал в Южную Африку и был со всеми почестями встречен в Университете Натал. В ответ он битых два часа читал мораль о том, в чём заключается истинная гуманность обращения с неграми. Лично я слушал эту дешёвую филиппику с ощущением человека, который уже 50 лет слушает политиков, подстрекающих толпу к своему собственному уничтожению.
Миссис Рузвельт в Америке тоже отводила душу на тему как она сочувствует чёрному человеку, и втихаря организовывала покупку оружия для террористов в Анголе.
Стало очевидно ясно, что независимо от президента, Америка уже не выпустит Африку из своих когтей. Давление нарастало в течении лет десяти. И вдруг, бац! Колониальные страны сами заявляют что они против колониализма. Никакого сопротивления вообще! Такое впечатление, что они получили приказ откуда-то сверху и написали заявление об уходе. Сегодня они были, а завтра они уже ушли! Бельгия первая, Франция за ней, а за Францией…..
А за Францией пошла Англия со всей своей Британской Империей. Бросая всё и оставляя всех своих поданных на произвол судьбы. (Равно как и России приказали бросить всех русских когда развалили Советский Союз — перев.)
Дело дошло до того, что публично заставили произнести констатацию смерти Британской Империи, что и было сделано тогдашним премьер-министром Гарольдом Макмиланом. Он это произнёс таким торжественным голосом, как только профессиональный политик может сказать явную гадость.
«Ветер перемен», — сказал мистер Макмилан в парламенте в Кейптауне, — «выдувает Британию из Южной Африки». Ветер перемен! Да, это высокий класс! Ветер дует куда он хочет, и никакой ветер не выдувал Британскую Империю, если бы всё не было обговорено раньше. В тайных кулуарах Суперправительство очищало место для нового Супергосударства.
Затем последовали спуски флагов, торжественные парады, концерты, подписания протоколов и так далее. Единственная правда, которая стояла за всем этим, это то, что Африка обратно отдавалась в тотальное рабство.
Снова в рабство
За последующие десять лет Африка прочувствовала на своей коже, что было ей уготовано. Так называемые «Независимые» африканские государства размножались со страшной силой. Любой негритянский политик моментально снабжался кучей оружия и мог запросто создать своё собственное государство. Только ленивый не делал этого. Что там началось — это трудно передать. И это началось везде. Каменный век наступил для Африки снова.
От белого человека в Африке осталась только Южная Африка отколовшаяся от Британской Империи и Родезия, которая видела что ей скоро конец и заблаговременно провозгласившая независимость 11 ноября 1965 года. А также остались участки побережья в Анголе и Мозамбике, где португальцы были ещё с того времени, когда Америка не была открыта.
В шестидесятые и семидесятые годы когда усиливалось давление Америки на Африку, в Англии социалисты были у власти. Они словно грифы ждали последнего вздоха своей жертвы. Социалистический лидер Гаролд Вильсон сказал о белых людях в Африке, что «они все мятежники». После выяснения настроения в британской армии он провозгласил в Блэкпуле, что он предоставит безусловную поддержку в виде оружия всем чёрным бандам, которые ведут борьбу против белых правительств.
Португальцы ушли в 1973 году. Я был в Родезии, Мозамбике и Анголе в это время. И несмотря на то, что я пережил две мировые войны, я ощущал, что я опять попал в ситуацию, когда огромный спрут сжимает свои огромные щупальца.
Я возвратился в Южную Африку посмотреть что будет дальше. И я увидел в 1975 году то, что числилось ещё у Трумэна под четвёртым пунктом: полный параллелизм в действиях с Советским Союзом. СССР поставляло оружие оплаченное Соединёнными Штатами для одной из фракций, воюющих между собой после ухода португальцев. Когда это не помогло, СССР вызвал кубинцев для того чтобы обеспечить победу этой фракции.
Американского президента в это время звали Форд (нет разницы между ними). И вот он был на экране телевизора, теневая фигура, открывая рот формального неодобрения введения кубинских войск. Реальный эффект этого был никакой, гражданская война в Африке усилилась с новой силой.
К этому времени, учитывая вышибание президента Никсона, стало ясно что, ни один американский президент в своём здравом уме не собирается вступать в противостояние с учениками Хауса-Баруха, сидящими в СиЭфАр. Нет разницы какой кандидат победит в США в 1976 году — всё схвачено этой мафией.
(Теперь мы знаем, что тогда победил никому неизвестный ранее Джимми Картер. Его вытащил на свет Згибнев Бзежинский, правая рука Нельсона Рокфеллера, один из ведущих специалистов в СиЭфАр; потом победил артист Рональд Рейган, потом Буш-старший, потом сексуальный маньяк Билл Клинтон, потом Буш-младший, но разницы в этом, как говорил Дуглас Рид, никакой. Они все люди этой мафии — СиЭфАр. — перев.)
Заговор Правды
Таким образом, я провожу остаток своих дней В Южной Африке. Уже давно один американский «гуманитарный фонд» (Карнеги. — перев.) разработал детальный план атаки Южной Африки одновременно с воздуха, моря, и суши. Этот американский план вторжения висел над Южной Африкой с момента его опубликования в 1965 году. Из моего далёкого изгнания я видел это как координированные действия гигантского спрута сжимающего весь земной шар.
Я прожил свою жизнь, и мой личный интерес в этой глобальной мелодраме, только может быть видеть надпись на моей могиле: «Он умер своей смертью». Мои устремления более чем скромные, на многое я не рассчитываю. Заговор достиг такой степени, что он ничем не может быть остановлен на данном этапе. Слишком большое число людей наделённых властью вовлечено в него.
Пока эти люди у власти, мы все продолжаем свой путь на экзекуцию. И кромешная тьма готова спуститься на нас. Когда это случиться, мы должны будем начать всё сначала и работать на своё возрождение. Я знаю хороших людей, которые готовятся к этому уже сегодня. Клятвопреступники и их холуи из прессы и телевидения назовут это контрреволюцией. Настоящее же имя будет Заговор Правды.
ПОСЛЕСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА
Много лет прошло с выхода этой книги — 25. Сценарий, показанный автором и по которому разворачиваются события, получил своё полное подтверждение. 11 сентября 2001 года международный спрут инсценировал последний акт человеческой трагедии. Развал СССР и обречение людей на нищету, бомбардировка Сербии и суд над Милошевичем, превращение в пыль Афганистана продемонстрировали всем, что ни одной стране не будет позволено остаться в стороне. На очереди Ирак и другие страны, ещё не полностью контролируемые англо-американским, сионистским Супергосударством. Руководители грядущего Супергосударства наглядно показали, что они не остановятся ни перед чем и что у них в руках неограниченные возможности. Милая же сердцу автора Южная Африка 2 мая 1994 года получила своего первого чёрного диктатора, с тех пор там разрешён свободный отстрел белых людей, как и в соседней Родезии до этого. Скоро так будет во всём мире.
Единственное, что, видимо, не сбылось из предсказаний автора — это желание умереть своей смертью, хотя он и очень надеялся успеть.